– А черт его знает. Скорее всего, у себя в кабинете. Вам-то это зачем?

– Так...
– Хейлигер опустил голову и некоторое время сосредоточенно разглядывал узор на ковре.

– Что вы там узрели?
– не выдержал Плэйтон.

– Ничего.
– Хейлигер тяжело вздохнул.
– Можно, я воспользуюсь вашей комнатой отдыха, Ричард?

– Разумеется.
– Плэйтон пересек кабинет и толкнул дверь в соседнюю комнату.
– Пользуйтесь на здоровье. И уже вдогонку: - В холодильнике бутылка виски, Кстати, - он обернулся к физику, - может, и мы причастимся напоследок?

– Не откажусь.

– А вы, Генри? Что с ним, Эдвард?

Крейн сидел за столом, уронив лицо на скрещенные руки.

– Капитан!
– Стэнли бесцеремонно встряхнул сидящего. Тот не шелохнулся.
– Окаменел он, что ли?

– Не тормошите его, Эд.
– Плэйтон вошел в комнату отдыха, достал из холодильника непочатую бутылку виски. Хотел было взять рюмки, но раздумал и махнул рукой.
– Выпьете, Хейлигер?

Биолог лежал на диване, прикрыв ладонью глаза. Не отнимая ладони, покачал головой.

– Дело ваше.

Плэйтон возвратился в кабинет. Физик растолкал-таки Крейна. Тот стоял, опираясь рукой о стол и щурясь, как от яркого света.

– Глоток виски?

Капитан зажмурился еще больше.

– Ведите его на воздух, Эд.

На крыльце они нос к носу столкнулись с Маклейном. Плэйтон шел первым, и, увидев в его руке бутылку, медик удивленно попятился.

– Бражничаем, - хмуро сообщил Плэйтон.
– Пир во время чумы.

Маклейн проводил его округлившимися глазами до увитой диким виноградом беседки и схватил за рукав проходившего мимо Стэнли.

– Что тут происходит?

– Ничего особенного. Просто решили выпить. Составите компанию?

– Боже упаси!
– ужаснулся Маклейн.
– Ни свет ни заря!

– А в этом есть что-то пикантное. Вам не кажется?

– Не кажется.
– Маклейн взглянул на шагающего, словно робот, Крейна. Что с ним, Стэнли? Идет, словно лунатик.

– Все мы тут немного с приветом, - глубокомысленно изрек Стэнли.
– А заодно и лунатики.

– Где Хейлигер?

– Там, - кивнул Стэнли в сторону дома.
– Отдыхает.

– Ничего не понимаю!
– развел руками Маклейн.

– Счастливчик вы, Антони!
– позавидовал Стэнли.
– Мне бы ваше неведение. Ну так как, идете?

– Иду, - обреченно вздохнул медик.

Хейлигера терзали сомнения. Безуспешно пытаясь обрести душевное равновесие, он вновь и вновь задавал себе вопрос, хватит ли у него сил осуществить задуманное. Минувшей ночью ему удалось войти в контакт с Розенблюмом, прочесть его мысли, но даже это стоило неимоверных усилий и потерь энергии, не окажись рядом Стэнли, - неизвестно, чем бы все это кончилось. То, что он намеревался сделать теперь, требовало гораздо большей отдачи. Хейлигер вспомнил бледное лицо Стэнли, трясущиеся руки Маклейна, жуткое ощущение собственной беспомощности и бессилия.

Плэйтон отвинтил колпачок, основательно пригубил прямо из горлышка и протянул бутылку Стэнли. Виски было холодное, как лед, но полковник знал, что не пройдет и нескольких минут, как бодрящее тепло волной начнет подниматься по пищеводу.

Стэнли дважды приложился к бутылке, прежде чем передать ее Крепну. Все, кроме Маклейна, сидели на плетеных стульях. Медик переминался с ноги на ногу возле входа в беседку.

– Сядьте, Антони, - предложил Плэйтон.

– Кто-нибудь объяснит мне, наконец, что здесь происходит?!
– не выдержал медик.

– Поминки.
– Полковник сладко причмокнул губами.
– Тризна.

– Все вы тут с ума посходили!
– закричал Маклейн и с решительным видом шагнул к капитану.
– Сейчас же отдайте виски!

Крейн без сожаления расстался с бутылкой.

– Не вздумайте выплеснуть, Антони, - предупредил Стэнли.
– Плэйтон вас не простит.

– Как это прикажете понимать?
– истерически взвизгнул Маклейн.

– Всеобщее падение нравов.
– Полковник достал из нагрудного кармана пачку сигарет.
– Приобщайтесь, док, пока есть виски.

– И это говорите вы?!

– И это говорю я, - сокрушенно признался Плэйтон.
– Будете пить?

– Разумеется, нет!

– Тогда давайте сюда бутылку. Идем по второму кругу. Куда вы, Крейн?

– Туда!
– махнул рукой капитан, направляясь к кустам.

– Замутило беднягу, - сочувственно констатировал Стэнли!
– Скажите, Плэйтон, почему капитаны хмелеют с первого глотка?

– Возрастное. Майоры, те вообще в рот не берут.

– И это помогает им продвигаться по службе?