– Грегори!
– с порога окликнул Плэйтон.
– Меня нет. И не будет еще полчаса.

– Ясно, господин генерал.

Плэйтон плотно прикрыл дверь и, тяжело ступая, прошел на свое место. Маклейн и Стэнли примостились друг против друга за приставным столом.

Физик был как всегда элегантен и гладко выбрит, лишь заострившиеся скулы и тени под глазами выдавали усталость. Ему в эти дни доставалось, пожалуй, больше всех: Стэнли возглавлял специальную группу, которая при содействии экспертов из МАГАТЭ выясняла причины взрыва и руководила работами по ликвидации его последствий.

В то памятное утро полковник Плэйтон связался по прямому проводу с президентом и открыл ему глаза на истинное положение вещей, умолчав лишь о странном исчезновении Крейна и некоторых других загадочных явлениях, которые за отсутствием иных объяснений мысленно связывал с пребыванием в зоне пришельцев. Впрочем, потерявшиеся в Гринтауне дети вскоре нашлись, как и персонал поста номер восемьдесят семь. Солдаты в состоянии сильнейшего опьянения были обнаружены в лесу вертолетчиками, и Маклейну с коллегами пришлось изрядно попотеть, прежде чем удалось привести их в более или менее нормальное состояние. Однако и после этого ни один из солдат не мог объяснить, что произошло и как они, раздетые догола, очутились в лесной чаще.

Генерал Розенблюм, переведенный из психолечебницы в военный госпиталь, сутки вел себя спокойно, но затем неожиданно для всех выбросился из окна палаты, расположенной на девятом этаже лечебного корпуса.

Средства массовой информации сообщили о его смерти скупо, мало кто обратил на это событие внимание. Зато сенсацией стало назначение на пост министра обороны малоизвестного генерала Ричарда Плэйтона.

Даже сквозь плотно закрытую дверь в кабинет доносились беспрестанные звонки телефонных аппаратов. Майор явно не успевал на них отвечать.

– Друзья! "Еще три дня назад я бы их так не назвал, - отметил про себя Плэйтон.
– Три дня, а как много они изменили!" Я пригласил вас, чтобы проститься. Завтра я уезжаю в столицу.

– Я думал, вы улепетнете еще раньше, - усмехнулся Стэнли. Маклейн укоризненно взглянул на физика и покачал головой.
– Вы-то, док, чем недовольны? Признавайтесь лучше, куда подевали бутылку?

– Какую бутылку?
– удивился Маклейн.

– Полюбуйтесь на него!
– апеллировал к Плэйтону физик.
– Умыкнул бутылку виски, спрятал где-то, а теперь простачком прикидывается.

– Вот вы о чем!
– сообразил наконец медик.

– А вы думали? Самое время спрыснуть повышение Плэйтона, а у него в холодильнике хоть шаром покати.

– Что верно, то верно, - Плэйтон улыбнулся и развел руками.
– Было не до того.

– Постыдились бы, генерал!
– возмутился Маклейн. Стэнли с Плэйтоном удивленно переглянулись.

– Послушайте, старина...
– неуверенно начал Стэнли, но медик величественным жестом остановил его на середине фразы.

– Министр обороны - и такой скряга!

– Что вы мелете, Антони!
– рассмеялся Плэйтон.

Вместо ответа Маклейн встал из-за стола и направился в соседнюю комнату.

– Куда это его понесло?
– Стэнли недоумевающе уставился на Плэйтона.

– Сейчас узнаем. А пока, - Плэйтон достал из выдвижного ящика пару листов писчей бумаги, - постелите-ка на стол.

– Зачем?
– окончательно растерялся Стэнли.

– На всякий случай. Виски оставляет пятна на полированной мебели.

– Вы думаете...

– Думаю, мы с вами заблуждались, отказывая Маклейну в чувстве юмора. Впрочем, сейчас увидим.

Они повернулись к двери как раз вовремя, чтобы наблюдать Маклейна, входящего в кабинет с початой бутылкой виски в одной руке и тремя фужерами в другой. В фужерах поблескивали кубики льда.

– Вот это номер!
– Стэнли восхищенно присвистнул.
– Вы уложили нас на обе лопатки; Антони! Постойте, а для кого третий фужер? Вы-то, насколько мне помнится, не пьете?

Маклейн смерил его уничтожающим взглядом.

– Стелите бумагу на стол, юноша.

Маклейн расставил виски и фужеры и назидательно воздел указательный палец.

– Зарубите себе на носу, молодой человек: доктор медицины Антони Маклейн не пьет из горлышка, чего, к сожалению, не скажешь об отдельных представителях точных наук и армейских полковниках.

– Браво, Антони!
– расхохотался Плэйтон.
– Наливайте, Эдвард.

– За ваше назначение, Ричард!
– Стэнли крепко пожал Плэйтону руку.
– Я искренне рад за вас.

– За меня?
– Плэйтон покачал головой.
– Спасибо, дружище, но...

– Понимаю, - кивнул физик.
– И все-таки постарайтесь продержаться на этом посту как можно дольше. Должен же быть хоть один порядочный человек в этом сборище преступников и маньяков.