– Где эта карточка из букета?

Девушка кивнула на стол, и Эрик, спрятав картонку в пакетик для экспертизы, сунул её в карман.

– Что врачи говорят?

– Доктор Браун сказал, что завтра может меня выписать.

– Отлично.
– Он снова привычным жестом поднёс руку к лицу.
– Тогда позвоните мне, как только оформят выписку, я отвезу вас домой. Договорились?

Марико кивнула, молча недоумевая по поводу его неожиданно отстраненного делового тона.

– Отлично, - повторил Эрик.
– Тогда до завтра.

Де Линт практически сбежал из палаты, осознавая, что ведёт себя странно и глупо, но он был слишком растерян, чтобы придумать менее обидное расставание. Собственная столь внезапная паника, заставившая вести автомобиль по улицам на опасной скорости, подтолкнула задуматься, отчего он настолько беспокоится о свидетельнице по своему делу. И какого чёрта все эти две недели её лечения он столько времени проводил не в офисе, за работой, а в больничной палате за пустяковыми разговорами... То есть, почему с умной, начитанной девушкой оказалось так приятно болтать, подспудно сверяя картины мировосприятия - вполне ясно. Но злоупотребление рабочим временем тянет на диагноз...

Да ещё эта странная идея Марико с причёсыванием... Хотя, она была напугана и, видимо, не вполне отдавала себе отчёт в том, что делает. Но сам-то хорош! Сердце ухнуло, как с русской горки... Когда успел так увлечься?! Ещё этого не хватало...

Нет, де Линт не боялся женщин, - напротив, за спиной у него остался не один роман. Не то, чтобы Эрик был ловеласом, просто как-то так получилось, что женщины появлялись в его жизни не слишком надолго. Большая часть их не выдерживала режима работы агента ФБР, начинала жаловаться на то, что для него служба важнее отношений, и всё заканчивалось расставанием... Де Линт огорчался, досадовал, но продолжал надеяться на что-то более крепкое и серьёзное, потому, когда представлялся случай познакомиться с кем-то снова - не упускал его. Только полтора года назад, после той самой истории, создавшей ему дурную репутацию в офисе, Эрик решил какое-то время побыть один. Слишком много нервов и уважения к женскому роду съела Мэридит.

Она тоже проходила свидетельницей по его делу и ухитрилась влюбиться, а получив вежливый и тактичный отказ - взбесилась и принялась чудить. Сначала сама обрывала ему телефон, потом в офисе стали появляться какие-то незнакомые девицы, стремившиеся попасть в кабинет де Линта. Сумасшествие длилось недели две, пока он наконец не смог встретиться с Мэридит и не пригрозил принять серьёзные меры против её хулиганства, мешавшего работать не только ему, но и чуть не всему офису, прибегавшему под дверь кабинета де Линта, чтобы послушать, как очередная красотка пытается охмурять их коллегу.

Теперь Эрик несколько запоздало испугался снова разворошить этот гадкий улей. Не хотелось делать Марико предметом пошлых сплетен в курилке, - слишком уж невинна она была, почти как ребёнок.

Вот эта её невинность и завораживала...

Но если коллеги пронюхают и раззвонят по всем отделам, кроме репутации девушки пострадает ещё и его собственная карьера. За неуставные отношения со свидетелями никого по головке не гладят. И если в случае с Мэридит де Линт сумел убедить начальство, что весь бедлам творится не по его вине, то во второй раз его и слушать никто не станет... А если ещё учесть, насколько вообще странный свидетель эта девушка...

В тот вечер Эрик не пришёл навестить её.

На следующее утро Марико встретила де Линта такой радостной улыбкой, что дружеское приветствие застряло у него в горле. Вместо того Эрик только сухо произнёс:

– Доброе утро. Вы готовы?

Он поспешно взял сумку из рук девушки, стараясь не обращать внимания на недоумение в её глазах. Чёрт! И ведь сам дал повод чего-то ждать... Де Линт почти поспешно спустился на улицу. Марико, растерянная и подавленная его необъяснимой переменой, смогла догнать Эрика только возле машины. Ехали молча.

Остановившись возле дома Дэвисов, де Линт вежливо открыл девушке дверцу и, доставая из багажника её сумку, произнёс неловко:

– Надеюсь, вы сможете убедить миссис Дэвис в том, что были в больнице... В конце концов, у вас ведь есть документы из клиники. Да, за домом установлено круглосуточное наблюдение, так что здесь можете не бояться нападения. Если что - звоните.

– Спасибо, - проговорила Марико, безуспешно пытаясь понять, что значит это странное выражение в его постоянно убегающих от прямого взгляда глазах...

Подавив вздох, она пошла к дому. Эрик проводил девушку взглядом до двери, борясь с желанием пойти следом, но всё же сел в машину и уже тронул её, когда голос миссис Дэвис, открывшей на звонок, заставил его притормозить, глядя в зеркало заднего вида.

– Надо же! Как быстро ты явилась! Твоему мистеру уже надоела экзотика?

Ничего себе...

– Мама, что вы говорите?
– отпрянула Марико.
– Я же была в больнице!

– Я уже сказала твоему фэбээровцу всё, что думаю о вашей идиотской истории, - перебила миссис Гвен, - так что не заговаривай мне зубы: я ещё не выжила из ума.