Она не успевала, не успевала безнадёжно…

Когда Элья вбежала в зал, Саррет уже приблизился к своей цели. В отличие от самого Грапара, он ударил в полную силу — под возмущённый ропот и чьё-то аханье. В зале было немного людей, но всё же их хватало: некоторых специально пригласили для этой встречи — из Бельзута и из более отдалённых городов. Там были и аристократы, и придворные дамы…

И все они видели, как Грапар рухнул на пол, как пытался подняться под разъярённым взглядом шемейского дворянина, и как маленькая женщина в белом платье, вбежавшая следом, в крови, в слезах, выкрикнула:

— Нет, пожалуйста, нет!!

Элья бросилась к ним, оскальзываясь на начищенном паркете, не видя ни возмущённых придворных, ни самого государя, поднявшегося со своего сиденья, ни спокойно восседавшей по его правую руку Макоры.

— Прошу вас, граф… — выдохнула Элья, становясь перед Грапаром, лицом к Лэрге. — Это была случайность…

— Не случайность… — разбитыми губами ответил Грапар. — Я виноват перед тобой, Элья… Прости меня… Это… всё правильно. — Он повысил голос, обращаясь ко всем: — Прошу прощения за этот инцидент, всё в порядке.

Зал моментально наполнился шепотками и выкриками:

— Но он же оскорбил вас!..

— Прямо по лицу…

— Это дуэль…

— Дуэль, — подтвердил Лэрге. В голосе звучала злость, которую он больше не давал себе труда сдерживать.

— Брось, — хмыкнул Грапар, — я не буду с тобой драться, граф… Я не дерусь с друзьями, тем более, на дуэлях…

Он развернулся и собрался было уйти, но шпага Лэрге проворно покинула ножны, и уже через мгновенье холодное лезвие коснулось шеи Грапара.

Элья, ахнув, отшатнулась.

— Ты при мне клялся, что больше никогда не причинишь ей вреда, — сказал Саррет. Не опуская руки, он перевёл взгляд на Элью. — Пора выполнять свои клятвы. Прямо сейчас.

Всего секунда. Одна секунда — и жаждущий крови граф Саввей снова смотрит на Грапара. Но за эту секунду он сказал Элье одними глазами всё, что хотел сказать на самом деле. И она прекрасно его поняла.

«Я тяну время. Ты работаешь».

— Хорошо. — Грапар осторожно повернулся обратно, оберегая шею от пореза. — По местным правилам, оружие выбираю я.

— Извольте, — резко перешёл на «вы» Лэрге.

— Пистолеты.

— Идёт.

— Я попросил бы вас, господа… — начал было Панго.

— О государь, — перебила его спокойная Макора, — это ведь вопрос чести. Грапар — ваш ближайший соратник, и его только что оскорбили. Я полагаю, что иланские послы могут подождать. Я сделаю так, чтобы они не слышали выстрелов.

И снова государь не поставил её на место. И снова стерпел, промолчал.

На него, впрочем, никто в зале не обращал внимания.

— Добилась своего, да? — процедил кто-то у Эльи над ухом.

Это была Жерра. В новом тёмно-фиолетовом платье, с обилием кудряшек на голове. При других обстоятельствах Элья не преминула бы сказать бывшей подруге, что ту старят и цвет, и причёска, но сейчас только испуганно вытаращилась в ответ.

— Если Лэрге из-за тебя умрёт, — продолжала шипеть Жерра, — я собственноручно отведу тебя в подвал, заткну тебе рот и буду медленно убивать…

Элья отшатнулась и от неё тоже. Попятилась, наткнувшись на кого-то…

— Я не могу… — проговорила она, прижимая к груди руку, где был спасительный амулет. Но, видимо, после того, что произошло с Гереком, волшебная подвеска немного ослабла, потому что, несмотря на чары, неодолимая сила сейчас тянула Элью в покои Макоры, к заветному тайнику, и мысль о том, что на траву возле террасы вот-вот прольётся кровь, не останавливала, не помогала…

Одного из слуг отправили за набором дуэльных пистолетов.

— Прошу. — Лэрге, не сводивший взгляда с Грапара, сухо кивнул в сторону террасы.

— Господа, но так не делается… — попытался было протестовать кто-то. — Нужно время, подготовка…

— Откуда взять время, — ядовито отозвался Грапар, — мы ведь собираемся устраивать государственный переворот… Пошли, граф, если тебе так уж неймётся.

Люди занимали места у окон, самые смелые выходили на террасу.

Они словно собирались смотреть какое-то представление.

— Пойдём, милая, глянем, — взяла её под руку Макора. — Ты должна быть в первых рядах. В конце концов, именно ты сегодня — главное действующее лицо… Они ведь дерутся за тебя.