Элья невольно сглотнула.

— Это из-за меня, да?.. Макора будет помогать иланцам — и в этом виновата я?

Ей вспомнились слова Герека, сказанные им в городке Эстау: «Как жаль, что я не могу поведать тебе правду о масштабах учинённой тобой катастрофы. Иначе бы ты поняла, что из нас двоих самое большое чудовище — это ты».

Саррет ответил не сразу:

— Это тоже не имеет значения. В каком-то смысле вы, конечно, правы, однако взваливать на вас всю ответственность за произошедшее было бы неправильно. В любом случае, этот вопрос мы будем обсуждать потом. Давайте вернёмся к нашему плану.

Элья нервно кивнула. Саррет разворачивал перед ней совершенно чудовищную картину. Перед её внутренним взором проносились воспоминания о той Аасте, которую она знала, о ярких крышах столичных домов, о монорельсовой дороге, стремительно летящей из-под колёс тележки, об экипажах на улицах и даже о мутном свете дешёвого светового кристалла, лежащего в маленькой каморке на столе… Стоит одной только детальке выпасть из этой мозаики, как развалится сразу всё. Всё, что когда-то составляло её жизнь, всё, что было ей невыразимо дорого столько лет — до тех пор, пока она не встретила Грапара… А оно неизбежно развалится, если иланские войска пересекут границу. Не будет больше улыбающихся лиц, не будет огней на улицах и смеха в салонах; в городе останутся дети и женщины, которые станут с болью и тревогой в глазах сидеть перед фигурками богов в своих холодных домах, лишь иногда выходя за водой или хлебом…

Всё это могло случиться даже раньше. Но не случилось — благодаря таким людям, как Саррет. Благодаря тому, кто сидит сейчас перед ней и смотрит ясными серыми глазами и, наверное, думает о том, как рискованно довериться этой бестолковой девчонке, открывшей когда-то по дурости дверь опасным людям, да ещё, вдобавок, связанной отшибающей мозги клятвой… Но выбора у него нет.

Как бы заверить его, что она не подведёт! Как бы самой быть уверенной в этом!..

— Итак, ваша задача: успеть украсть зеркало, желательно, до того, как в резиденции появится настоящий Панго, и под каким-нибудь не очень убедительным предлогом — но таким, чтобы он не внушал подозрений сразу — уехать из Сакта-Кей. Далее вы должны отправиться на железнодорожную станцию в Тангроле, где сядете на поезд до Аасты. Я вызовусь вас сопровождать — по крайней мере, до станции. Вы будете против, но в конце концов согласитесь. Я сажаю вас в поезд, вы уезжаете вместе с зеркалом. На обратной дороге меня что-то должно задержать до тех пор, пока будет безопасно возвращаться в Бельзут, то есть, пока оттуда не уедет приятель настоящего Лэрге — но это мои проблемы, вас они не касаются. Когда Макора хватится зеркала, вы уже будете далеко. Вряд ли она или кто-то из её помощников сможет как-то остановить поезд, однако, если я почувствую, что для вас могут возникнуть какие-то сложности, я или кто-нибудь из ребят попробует вас прикрыть…

— Каких ребят?

— Я, разумеется, работаю не один.

— А с остальными я когда познакомлюсь?

— Никогда. С вас достаточно того, что вы видели слуг «графа Саввея».

— Так это были не настоящие слуги?!

— Нет, конечно. Такие же агенты, как и я. Помните Трюф? Первоклассный специалист. Я от неё потом такую выволочку получил за то, что начал вас допрашивать…

— Но она ведь… идеальная служанка!

— Я и говорю, специалист.

— А как её на самом деле зовут? — заинтересовалась Элья, испытывая странное воодушевление. Во всём этом было что-то от театра, по которому она, оказывается, успела соскучиться.

— Я не могу вам сказать. Только законченные идиоты сдают такую информацию.

— Я всё слышу! — внезапно донеслось с верхнего этажа.

— Слушай-слушай, — крикнул Саррет. — Если что-то не услышишь, я потом специально для тебя повторю… Пока всё ясно, Элья?

— Ясно. Только всё это кажется невыполнимым.

— А никто и не говорил, что будет легко. Но ничего невозможного нет… Давайте думать. Что могло привести вас в Сакта-Кей? Если забыть про клятву — и, разумеется, про задание?

— Желание отомстить Грапару, — немного поразмыслив, отозвалась Элья.

— Хорошо. Вот, вы встретили Грапара. Будете ему мстить, кинетесь на него с ножом, вас арестуют и бросят в подземелье. Возможно, даже увезут в Магрус.

— Но если верить вам, его всё ещё гложет совесть, и он не оставит мой арест просто так. Он, вероятно, попросит за меня Макору, или кого там… и меня выпустят.

— И вы броситесь ему на шею?

— Конечно, нет.

— Почему?

— Потому что этого будет явно недостаточно, чтобы искупить его вину. Если я так быстро «прощу» его, могут возникнуть подозрения.

Саррет кивнул:

— Я думаю, мы с вами сработаемся. Но давайте думать ещё. Этот вариант оставим про запас.

Его голос звучал одобрительно.

Элья подумала, что Саррет мог бы и улыбнуться. В его губах даже промелькнуло нечто, похожее на призрак улыбки. Но оттого, что это был всего лишь призрак, Элья внезапно почувствовала горечь.

Однако заострять на этом своё внимание она не стала — хватало других забот.

Потом они с Сарретом обговорили, как ей следует себя вести, что нужно и что не нужно делать. Элья впитывала и запоминала каждое слово. Ей мучительно хотелось оказаться полезной. Ей хотелось сорваться с места и бежать в Сакта-Кей — и уже не из-за клятвы.

Однако Саррет сказал, что она должна последовать за ним не раньше, чем через четыре дня.

— Спешить нельзя. Это, кстати, ко всему относится.

Вскоре к ним спустился Герек. А может, и не вскоре — Элья с такой жадностью ловила каждый совет и каждый приказ Саррета, что совершенно забыла о часах. А судя по недовольному выражению лица мага, времени прошло немало.

— У меня бы на её месте уже голова опухла, — сообщил Герек, кивнув на девушку.

— Зная тебя, соглашусь. Но пожалуй… — Саррет задумчиво сощурился, глядя в пространство, — пожалуй, мы всё обсудили… Элья, если у вас есть какие-то вопросы, лучше их задать. Даже если они вам кажутся глупыми.