– Да-да, разумеется, - Чудакулли чувствовал неловкость за забытое подразделение, - сию минуту распоряжусь.

– Вот и отлично, - улыбнулся Записатис.
– Благодарность моя безгранична, господин Чудакулли. Но всё же послушайте старика: зря Вы так относитесь к молодой мисс Ветровоск.

– Она Траймон, как там тебя... Записамшись?

– Записатис, сэр, - поправил архивариус.

– Точно, Записатис!
– едва не кричал аркканцлер.
– Траймон! Дядюшка её убил аркканцлера Ветровоска, а она ещё смеет так себя называть!

Старичок поднял руку, успокаивая разбушевавшегося начальника. Улыбка не сходила с его лица.

– Вы многого не знаете. Старина Гальдер, конечно, был хорошим волшебником - слишком хорошим, чтобы его убил Траймон. Он погиб по несчастной случайности, о чём в наших анналах есть запись. Многое тогда стало с ног на голову.

– Допустим, - аркканцлер отказывался верить своим ушам, - допустим, он и не убивал. Но она всё равно не имеет никакого права звать себя Ветровоск.

– И тут ошибаетесь, - покачал головой Такинадо Записатис.
– На Диске всё устроено очень справедливо, ничего не происходит зря. Пойдёмте, я кое-что Вам покажу.

Чудакулли немного поколебался, но всё же был слишком заинтригован, чтобы отказаться. Да и с инспекцией давно не заходил, в конце концов. Вот ведь куда он его ведёт - по тёмным боковым коридорам всё ниже и ниже. Тут явно не всё в порядке с пожарной безопасностью. Ещё ниже. Кухня. Интересно, не с ней ли рядом находится архив? Жаль, но нет, архивариус ведёт в подвалы.

– Куда мы идём?
– спросил Чудакулли, почувствовав смутное беспокойство.

– Не волнуйтесь, сэр, - ответил Записатис, - архив находится прямо за мастерскими стекальщиков.

Стекальщиками называют мастеровых, оплавляющих свечи для волшебников, чтобы те выглядели солиднее. Это была низкооплачиваемая работа, не требующая особой квалификации. И рядом с такими рабочими комнатами находится архив всего Незримого университета!

– Мы пришли, - провозгласил старичок, - прошу Вас, аркканцлер.

Чудакулли вошёл, едва не ударившись головой - настолько низким был потолок в комнате. Тем не менее, в остальном это было вполне милое помещение: ярко горел светильник, тяжёлые тома с записями лежали в полном порядке и на своих местах, даже пылью не пахло.

– Что ты хотел показать?
– поинтересовался волшебник, осматриваясь.

– Вот, прошу, сами взгляните, - ответил архивариус, достав с верхней полки небольшого стеллажа огромный том в бордовой обложке. Надписи от времени немного облезли, но всё равно "Г. Ветровоск + Траймон" читалось достаточно чётко.

Чудакулли открыл том на первой странице и замер: перед ним красовалось обширное генеалогическое древо в виде хитросплетения неровных линий.

– Давай как-нибудь на словах, - махнул рукой аркканцлер.

– Как изволите, - пожал плечами Такинадо Записатис, ткнув пухлым пальцем в самый верх древа.
– Ветровоск - фамилия довольно древняя, так что концов, вернее, начала нам не сыскать. Но доподлинно известно, что в Овцепиках жили два брата - Симус и Эрл, которые вечно не могли что-то поделить. Однажды им это надоело, и Эрл уехал. Плюнул и уехал.

– Попрошу без выражений в архиве университета, - поморщился Чудакулли.

– Какие выражения, только исторические факты!
– всплеснул руками архивариус.
– Он взаправду взял и на родную землю плюнул. У Ветровосков вдобавок всегда было всё хорошо с Заимствованием, поэтому на месте Эрлова плевка образовалась одна из точек невозврата для овцепикских Заимствователей. Было это, как сами видите, около пятисот лет назад. Симус остался в Овцепиках, Эрл уехал. А куда он мог уехать? Только в Анк-Морпорк, зачем мелочиться. Дальше идут его потомки, это неинтересно... Так, а вот сто лет спустя Билл Ветровоск, внук нашего несдержанного героя, попал в какую-то передрягу и был вынужден бежать в Клатч. Чтобы на бегу ещё и язык выучить, а заодно и тыл прикрыть, он перевёл свою фамилию на клатчский. Его фамилия состоит из двух слов - "ветер" и "воск", верно? Как у нас по-клатчски будет "ветер"? Трайм. А "воск"? Монн. Что получается?

Чудакулли побледнел.

– Что же это получается...

– Траймон получается, если убрать лишние согласные, - продолжил архивариус.
– Таким нехитрым способом нашкодивший Билл Ветровоск превращается в Билла Траймона, чистого во всех отношениях. Его потомки ездят туда-сюда, по дороге ухитряясь породниться с Убервальдом и Щеботаном - видите, то здесь какая-то двоюродная тётя, то там двоюродная сестра. И всё им что-то не так. В общем, пятьдесят лет назад Ройлен Траймон с двумя маленькими детьми снова в Анк-Морпорке. Один из них пошёл в волшебники, а второй стал отцом юной мисс Ветровоск.

– Выходит, Траймон - это и есть Ветровоск?
– уточнил Чудакулли.

– Именно, сэр, только по-клатчски, - кивнул Записатис.
– Если б Билловы дети были такими же полиглотами, как он сам, фамилия сейчас и вовсе звучала бы, например, Ни Ий Тан, что нежелательно для приличного человека.

– Это всё хорошо, - проявил нетерпение аркканцлер, - но при чём же здесь Гальдер Ветровоск?

– Минутку терпения, сэр, сейчас всё будет, - успокоил архивариус.
– Мы ещё не рассмотрели Симуса.