– Где она может быть?!
– казалось, Розенблюма с минуты на минуту хватит удар.

– Успокойтесь, Джек. Элен объявится.

– У вас?!

– Если это случится, я немедленно отправлю ее обратно.

– Это невозможно!
– простонал Розенблюм.

– Что невозможно!
– не понял Плэйтон.

– Ей нельзя у вас появляться!

– Знаю, Джек. Только что я приказал закрыть аэродромы в Гринтауне.

– Ничего-то вы не знаете, - не то вздохнул, не то всхлипнул генерал, не обращая внимания на вторую часть фразы.
– Ладно, рассказывайте, что у вас там.

Впервые за многие годы Плэйтон представил себе Розенблюма в его огромном мрачном кабинете, одинокого и растерянного, и испытал нечто похожее на сочувствие.

– Все идет, как вы хотели, Джек. Пайнвуд приведен в готовность номер один. Из зоны срочно эвакуируются люди. Если не произойдет ничего непредвиденного, в девять утра ракеты выйдут на цель.
– Плэйтон умолк, ожидая, что скажет генерал. "Сейчас спросит о пришельцах", - Плэйтон ждал этого вопроса и боялся его услышать. Вопроса не последовало. Розенблюм молчал.

– Джек!
– Опять, как тогда, в лесу, удушливой волной накатилась усталость.
– Вы меня слышите?

– Да, - хрипло откликнулся Розенблюм.

– Для чего вам понадобилось делать из меня дурака?

– Дурака?
– насторожился генерал.
– Из вас?

– Не прикидывайтесь, Розенблюм.
– Плэйтон сам уже пожалел, что затевает этот разговор. Сейчас Розенблюм начнет изворачиваться и лгать и никакими силами правды из него не вытянуть.
– Членам комиссии известно, что в действительности произошло на полуострове.

– Естественно.
– Генерал был обезоруживающе спокоен.
– Они прошли инструктаж и дали подписку о неразглашении.

– Для чего же, если не на посмешище, вы поручили мне руководить этой комиссией? Чтобы унизить в глазах Элен? Это не по-мужски, Джек.

– При чем тут Элен?
– повысил голос Розенблюм.
– Оставьте ее в покое!

– Я сделал это много лет назад, Джек. Раз и навсегда. И уж кому-кому, а вам это известно.
– Плэйтон помолчал.
– Ну и все-таки, почему вы не просветили меня насчет аварии на ЦПП?

– Перестаньте морочить мне голову!
– возмущенно пробасил генерал. Вас, что - надо было вызывать сюда и инструктировать персонально?

– Для таких случаев существует кабель секретной связи.

– Вот именно. Вы пьяны, Плэйтон, или у вас память отшибло?

– Вы хотите сказать...

– Довольно.
– Розенблюм говорил спокойно, но спокойствие это дышало угрозой.
– Я давно ожидал от вас подвоха. Рано или поздно вы должны были попытаться свести со мной счеты. Но вы промахнулись, Плэйтон. Как видите, я не настолько глуп. Разговор, который вы пытаетесь отрицать, записан на пленку. Весь. От начала и до конца. Хотите услышать?

– Да.
– Плэйтон облизнул внезапно пересохшие губы.
– Если это вас не затруднит.

– Нисколько.

Не отнимая телефонной трубки от уха, Плэйтон вытряхнул из пачки последнюю сигарету. В трубке раздавалось еле уловимое гудение, шорохи далеких разрядов. Потом что-то щелкнуло и голос Розенблюма произнес: "Плэйтон?" - "Да, господин генерал", - ответил полковник.

Плэйтон замер с недонесенной до губ сигаретой.

"О нашем разговоре не должна знать ни одна живая душа. Вы меня поняли?" - "Да, господин генерал".

Сомнений не оставалось: голос принадлежал ему, Ричарду Плэйтону. Ему и никому больше.

"Завтра к вам прибудут трое ученых - члены правительственной комиссии. Вы - четвертый член этой комиссии и ее председатель. Решение правительственного кабинета о создании комиссии и ее задачах вам передаст Эдвард Стэнли. Завтра оно будет опубликовано в газетах. Думаю, вам незачем читать его, Плэйтон. Разве что интереса ради".
– "Почему, господин генерал?" - "Потому, что это блеф чистейшей воды. Отвлекающий маневр. На самом деле в центре полуострова произошла авария на секретном центре по производству плутония. Секретном, вы меня поняли, Плэйтон?" - "Да, господин генерал".
– "Так вот, вам надлежит забросать его жидким бетоном. Послезавтра на ракетную базу Пайнвуд доставят боеголовки, начиненные этим самым бетоном. Майор Янг проинструктирован и ждет только вашей команды. Замуруйте проклятый ЦПП в бетон, Ричард. Воздвигните над его останками пирамиду Хеопса-Плэйтона".
– "Хеопса-Розенблюма, господин генерал".
– "Не возражаю, - генерал хохотнул.
– А пока ведите себя так, будто в самом деле охотитесь за пришельцами. И ничему не удивляйтесь. Понятно?" - "Понятно, господин генерал".
– "Надеюсь, не надо напоминать, что полагается за разглашение государственной тайны?" - "Я не первый год в армии, господин генерал".
– "Вот и отлично. Действуйте, Ричард. До свидания".

– Ну что?
– торжествующе осведомился Розенблюм.
– Убедились?

– Да, Джек.
– Полковник с шумом выпустил струю дыма из ноздрей.
– Вы меня убедили, старина. Наставили на путь истинный. Видно, у меня в самом деле с памятью непорядок.

Иронический тон, которым были произнесены эти слова, насторожил Розенблюма.

– Чему вы так радуетесь?

– А вы бы на моем месте рвали на себе волосы? Я тут теряюсь в догадках, а все оказывается проще простого. Нет никаких пришельцев, меня об этом предупредили, а я просто-напросто запамятовал. По гроб жизни вам благодарен, Джеки.