Начальник следственной комиссии снял трубку радиотелефона и сказал в нее:

– Три девятки, здесь три семерки. Дайте, пожалуйста, первого.

И после небольшой паузы.

– Здравствуйте, господин начальник управления.

На берегу лесного ручья с топкими берегами, на мшистом стволе поваленного дерева сидела ученая-этнограф и доедала сэндвич. Стрельба на острове затихла. Покончив с едой, она сняла с пояса фляжку с водой и попробовала отпить из нее, фляжка оказалась пустой.

Маша перевернула ее горлышком вниз. Ничего Томимая жаждой путешественница, держа в одной руне фляжку, а другой, поддерживая равновесие, попыталась наполнить ее из ручья, осторожно ступая по топкому берегу. И тут она провалилась по колени в хитро замаскированную трясину.

Женщина сделала попытку высвободить из жидкой грязи по очереди вначале одну ногу, а затем вторую, но в результате провалилась по пояс.

Она потянулась к вроде бы так близко растущим кустам, и очутилась в трясине по грудь. На лице неосторожной путешественницы появилась испуганная гримаса, и она громко закричала:

– На помощь!

В ответ лесное молчание, только какая-то птичка испуганно свистнула и вспорхнула с ветки куста, к которой тянулась несчастная женщина.

Маша была уже по горло в грязи. Она отчаянно кричала:

– Тим, на помощь! Спаси меня!

И вдруг. О, чудо!

Она увидела перед собой Тимофея, который протягивал ей руки и говорил ласково и ободряюще:

– Я здесь, маленький. Давай обе руки.

Погибающая путешественница не обратила внимания, что с лица ее спасителя почему-то сошли все следы побоев, и оно как бы светилось каким-то особенным внутренним светом.

Беглый подозреваемый ухватился за протянутые руки женщины и потащил их на себя. Трясина жирно чавкнула и нехотя отпустила свою жертву.

Перепачканная с ног до головы черной жижей ученая-этнограф стояла на четвереньках возле злополучного ручья и тихо плакала.

– Тим, миленький, Тим...

Она подняла голову и увидела, что рядом никого не было. Женщина неловко вскочила на ноги и вновь закричала:

– Тимофей, где ты?! Тим, отзовись!

Лес возвратил ей негромкое эхо - и-ись!

Маша опустилась на колени и жалобно протянула:

– Ти-им...

Волков разговаривал по радиотелефону в кабинете участкового шерифа. Он был там один.

В трубке гневно гремел голос начальника Районного управления.

– Да что у вас том происходит?!

– Вполне возможно, мы имеем дело с актом прямой агрессии, подчеркнуто рассудительно ответил начальник следственной комиссии.

– Что вы говорите!
– возмущенно фыркнул его начальник.

– Может быть, это начало пограничного конфликта?
– предположил майор.

– И в качестве объекта для первого удара противник выбрал остров Хмурый?
– донеслось с другого конца линии.
– Слово богу - нет!

– Вы хотите сказать, что это сектанты, вооружившись палками, разбили батальон президентской гвардии?!
– начал терять терпение Волков.

Начальник управления хихикнул.

– Я хочу сказать...

В этот момент в трубке разразилась дикая какофония шумов.

Майор инстинктивно убрал трубку от уха. Из глубины острова доносились звуки вновь возобновившейся перестрелки. Он вновь поднес трубку к уху. Какофония бушевало с прежней силой.

Волков оставил в покое радиотелефон и озадаченно пробормотал:

– Странно, очень странно...

Волков, Лутченко и Минкин вновь держали совет в кабинете незабвенного Долинина.

Командир батальона президентской гвардии докладывал:

– Роты понесли тяжелые потери, от сорока до семидесяти процентов личного состава по предварительным данным. Погибли двое из трех командиров рот.

– Капитан Галеев?
– полуутвердительно спросил Волков.

– В том числе командир первой роты капитан Фархад Галеев.

– Хороший был офицер, - робко вставил Минкин.

Лутченко продолжил доклад.

– При попытке пробиться к месту сбора в районе жилого поселка, вторая и третья роты понесли новые потери. Фактически на данный момент у нас нет и трети первоначального состава батальона. Ротам отдан приказ окапываться на месте и держать круговую оборону.

– Что Районное управление господин майор?
– с надеждой спросил у Волкова лейтенант.
– Скоро придет помощь?

– Этот кабинетный умник сомневается в серьезности нашего положения, ответил тот со злой презрительностью и передразнил непосредственное начальство.
– Лучше надо управлять наличными силами, майор Волков. Присланные вам в помощь гвардейцы, по-видимому, сражались друг с другом, Идиот!