– И тут ты решила подать на развод. Дочка крупного правительственного чиновника бросает морально разложившегося супруга, - усмехнулся Волков. Крысы бегут с тонущего корабля.

Наташа заговорила в тон своему мужу

– Однако, главу особой группы ликвидации, полковника МВД, так просто не возьмешь. Жена, не успев оформить развод, погибает. Безутешный вдовец устраивает пышные похороны горячо любимой супруги, продает квартиру и дачу, картины и антиквариат, а так же мои драгоценности. А самое главное вовремя оказывается в Хабаровске, как раз перед провозглашением независимости Дальневосточной республики. Полковника ему в тамошнем МВД не дали, но майора он получил, плюс должность одного из заместителей Районного управления в каком-то медвежьем углу. Ты куда наши деньги дел? Пошли на взятки?

Последние слова невинно убиенная жертва чуть ли не кричала.

– Спасение утопающих - дело самих утопающих, - цинично заметил начальник следственной комиссии, он уже справился с первоначальным страхом, и продолжал с еле сдерживаемой злобой.
– Да ты что, святой себя возомнила? А твое увлечение кокаином? Или твоя нежная дружба с моей младшей сестренкой - в лесбийских вариациях?

– Мразь ментовская!
– закричала Наташа.
– Ты не вернешься с этого острова! Не выкрутишься в этот раз, сдохнешь! Тебе не понять, в чем здесь дело, мозгов не хватит!

Волков поднял неизвестно откуда взявшийся в руке пистолет на уровень глаз и прицелился прямо в лоб усопшей жене.

– Или ты, паскудная лесбиянка, заткнешься, или я тебя убью еще раз!

Покойница расхохоталась.

– Вот это по-нашенски! Убей меня еще раз, убей!

Лицо смеющейся женщины стало дергаться, и взбешенный блюститель законности с ужасом увидел, что у нее стала проявляться физиономия его самого.

У майора вывалилось из рук оружие, он вскочил с кровати и бросился к дверям. Сзади визгливо хохотала покойница с головой Волкова. Он распахнул спасительную дверь и увидел, что за ней находилась лесная поляна, на которой кипел ожесточенный бой. Из клубов дыма и пыли на обезумевшего от кошмара милиционера выдвинулся одновременно очень реальный и, вместе с тем, нереальный танк. Бронированная машина ревела мотором, угрожающе лязгала гусеницами и неотвратимо двигалась прямо на Волкова.

Смех Наташи стал переходить в пронзительно-дьявольский визг.

Майора разбудил тянучий и визгливый зуммер радиотелефона.

Красная лампочка на корпусе аппарата связи, дублировавшая сигналы зуммера, бросала кровавые блики на стены неряшливой спальни, в ней было темно, только сквозь щели в закрытых ставнях, пробивался свет утренней зари.

Начальник следственной комиссии с недовольным видом внезапно разбуженного человека зажег аккумуляторную лампочку и снял трубку радиотелефона.

– Три семерки слушает.

– Три семерки, здесь три девятки, - рокотал в трубке бодрый баритон дежурного офицера Районного управления.
– Минуту назад на остров начал высадку батальон президентской гвардии. Не перепутайте с противником!

– Вас понял, отбой!

Волков положил трубку и тряхнул головой.

Снится же человеку всякая чушь!

Маша проснулась в своей палатке от настойчивого и жалобного мычания поселковых коров.

– Что это за концерт?
– удивилась ученая-этнограф, быстро оделась и вышла наружу.

По поселку сектантов плавал легкий утренний туман, и он казался абсолютно пустынным и неподвижным. Только обиженное мычание надоенных буренок, перемежаемое звонким кукареканием петухов.

Заинтригованная женщина принялась заглядывать во все близлежащие палатки, хижины и избенки подряд, пока не убедилась, что их обитатели покинули свои жилище и скрылись в неизвестном направлении.

Маша на минуту остановилась посреди поселка и погрузилась в тяжкие раздумья. Наконец, она пришла к какому-то решению, с иронией сказав самой себе:

– Минкин был прав - не говори "гоп", а проще - никогда не говори никогда.

После этих слов женщина вернулась в свою палатку, и через некоторое время вышла оттуда в полном походном снаряжении. Она торопливо прошла через поселок к его северной окраине самым коротким путем. В этом месте почти сразу начинался лес.

Позади путницы, издалека, донесся шум многочисленных автомобильных двигателей. Она обернулась.

По дорого к г поселку, со стороны моря, двигалась колонна армейских джипов.

– Зла на Хмуром становится все больше и больше, - пробормотала Маша, повернулась и уверенно зашагала в лес.

На пустырь со сборнощитовыми домиками участкового шерифа и местного врача въехала длинная вереница джипов, раскрашенных в пятнистый армейский камуфляж и набитых людьми в униформе такого же цвета.

Майор Волков в сопровождении лейтенанта Минкина вышел из домика участкового шерифа для встречи командования столь долгожданного подкрепления. С порога второго сборнощитового домика светилась бледная одутловатая физиономия пьяницы-врача, недоуменно таращившегося на весь этот военный парад.