Блажен на пути нечестивца не ждущий;

Речет ли ему угнетатель могущий:

«Воссядь между нами», — ответ его: «Нет».

2 Закону господню покорный во всем,

Во всем житии благодатном и строгом,

Закону Исраиля, данному богом,

Он учится ночию, учится днем.

3 И мощному древу при зеркале вод

Подобится: красным одетое цветом

То древо, могущим согретое летом,

Приносит румяный и сладостный плод.

4 И лист его, вечно и зелен и млад,

С ветвей не сорвется дыханием бури;

Но роскошью блещет при свете лазури,

В сени его веет живительный хлад.

5 Не так, нечестивые! злые, не так!

Как трость, от удара падут рокового,

Как прах, от лица возметутся земного,

Как духом пустыни исторженный злак.

6 Не вступят вовеки в священный собор,

В то сонмище, где восседают святые,

Не вступят туда нечестивцы и злые,

И мира не узрит лукавого взор.

7 Так! правого путь с непостижных небес

Блюдет милосердый и дивный хранитель;

Но бог повелел — и погибнул губитель,

Вещал всемогущий — строптивый исчез».

Что наш восторг, что наше вдохновенье,

Когда не озарит их горний свет?

Безумца сон, слепое упоенье,

Движенье трупа, в коем жизни нет!

К глухим вознес кумирам песнопенье

Объятый мраком сладостный поэт:

«Сколько земля над полями Эреба,

Столько лазурь лучезарного неба

Выше обители смертных — земли;

Так и богов Кронион превосходит!

Брови могущий на очи низводит —

Крылья затмения свет облекли.

Гневный тряхнет чернокудрой главою —

Ад, небеса и земля задрожат;

Ужасом царь преисполни объят —

Бледные души толпа за толпою

В воющий Стикс погрузиться спешат.

Гера жена и сестра Крониона:

Власть над аэром царице дана;

В ночь же немую приемлет она

Зевса на пух белоснежного лона.

Хитростный сын ее, властель огня,

Стрелы кует громовержцу Крониду,

Стрелы, казнящие грех и обиду.

О Посейдон! ты создатель коня;

Ты укрощаешь ревущие волны,

Алчные ты ж созываешь на брань;

Яростным им вожделенная дань

Легкие, ветром гонимые челны.

Тучную маслину ты нам дала,

Дщерь и любимица Дия, Паллада!

Светлая дева, ты мудрых ограда,

Ты ненавистница мрака и зла.

В сердце вонзится без боли стрела

Феба, мужей бытие расторгая,

Жен — Артемиды стрела роковая:

Феб-Аполлон, Артемида святая,

Дети прекрасной Латоны, — хвала!

Вас, молчаливые, хладные тени,

Гермес влечет в Элизийские сени,

Тихий, таинственным махом жезла.

Слава, хвала вам, бессмертные боги!

Я ж бесприютный и дряхлый слепец: