На глаза попался продолговатый артефакт — вторая попытка кого-то из наших ровесников-менталистов собрать прибор, записывающий не только модели предметов, но и их движение. На нём записан вальс. Я просмотрела его сотни раз поле расставания, каждый раз заливаясь слезами, но сейчас он не включался — разрядился.

В следующем носителе оказалась проекция прохладного утра. Восторженный Эдмунд сидел на корточках в парке, обнимая утку. Обнял утку — радости полные штаны. Шестнадцать лет парню.

Что дальше? Штук пять моих портретов и зеркало.

Оливия. Совсем ещё девчонка. Она светилась весельем и бодро шептала:

— Здравствуйте те, кто однажды заглянет в это зеркало. Я Оливия Гроул и со мной мой коллега, Аслан Нерт.

Девушка навела отражение на паренька, создающего плетениями одинаковых птичек.

— Всем привет, — тихо поздоровался он.

— Сегодня мы с Вами изучим поведение стаи крапивников в естественной среде. Но нужно вести себя тихо, чтобы не спугнуть их. Как известно, крапивники не живут стаями, но мы с Асланом обнаружили новый вид, копирующий модель поведения пчёл. Есть рабочие птицы и один лидер стаи. Полюбуйтесь.

На широком бортике фонтана спал Эдмунд. Вокруг него прыгали контролируемые Асланом птички, засовывая листья и веточки ему в кудри.

— Посмотрите, рядовые птицы приносят лидеру дары, сам же он в это время отдыхает. Какова его роль в стае? Защита семейства и увеличения популяции. Кстати, об этом, мы видим, как к стае приближается самка.

В зеркале появилась я. Я только освободилась из лап преподавателей и совершенно не понимала, чем занята эта троица.

— Что здесь происходит?

— Обратите внимание, она приближается к чужой стае неуверенно, но не останавливается — её заинтересовал лидер крапивников.

Я села на бортик фонтана и в окружении птиц стала выбирать из волос спящего юноши мусор.

— И чего вы пытались добиться?

— Самка выражает интерес, помогая лидеру стаи чистить перья. Пока он не отвечает взаимностью.

— И не ответит, — буркнула я, откидывая последнюю соринку. — Дайте ему поспать.

— Аслан, — Оливия передала зеркало приятелю и он, наведя на друга начал диктовать:

— Этот вид крапивников высоко развит и почитает лидера как царя. Посмотрите, они ему поклоняются.

Птички выстроились перед Эдмундом и стали громко синхронно чирикать, качая головками в поклонах.

Юноша поморщился от громки звуков и, открыв глаза, резко сел, сопровождая это руганью. А как ещё реагировать, когда тебя будят поклоняющиеся птицы?

— Мы стали свидетелями пробуждения лидера стаи крапивников, — Оливия забрала зеркало и практически тыкала им в лицо Эду. — Посмотрим, как он отреагирует на нового члена общества. Примет ли в свою стаю постороннюю?

Эд обвёл взглядом всех присутствующих, осмысливая сказанное, и повернулся ко мне. До него удивительно быстро дошло, что происходит.

— Чирик.

— Ты будешь им подыгрывать? — я вскинула бровь, всем видом показывая, что Эдмунд ведёт себя глупо.

— Чирик-чирик, — пожал плечами он.

Закатив глаза, я тяжело вздохнула:

— Ну, допустим, чирик-чирик.

— Кажется, лидер принял её в стаю. Рабочие радуются, теперь у них есть королева и скоро появятся новые птенцы.

Птички облепили нас, громко чирикая. Эд приобнял меня одной рукой, подняв вторую, создал на ней крохотную птичку, и тут же усадил этот очаровательный пернатый шарик на мне на плечо.

Эд мог чувствовать то же, что и птица. Зная это, девочка из воспоминания почесала птичке короткую шею.

— Итак, сегодня мы стали свидетелями одного дня из жизни стаи. Дикая природа удивительна.

Изображение сменилось моим отражением. Я отложила зеркало.

Взгляд упал на коробку со значком ателье. И вторую, с названием именитой ювелирной мастерской.

В коробочке от ювелира лежал тонкий и лёгкий золотой венок с прозрачными камешками. В том же стиле гребень, серёжки, два браслета, колье и обручальные кольца.

У Эдмунда были такие же запонки. Из всех предметов комплекта у меня не было лишь их. Он даже своё кольцо не забрал. Наверное, думал, что оно мне пригодятся.

Я надевала эти украшения на свою свадьбу и давала для венчания сестрам. Но надеть кольца, предназначенные нам с Эдмундом, на церемонии с Роландом или подарить младшим рука не поднялась.

Заколов волосы гребнем, я придвинула ближе большую коробку. Где-то тут должны быть туфли.

А вот и они.

На свет появилась коробка, из которой возникли белые туфельки на небольшом каблучке. Они были порядком стоптаны. Их я надевала не раз и не два. На чердаке они оказались, придя в негодность, но куплены были для свадьбы.