А это, вообще, настоящее воспоминание? Или мозг родил эту картину под гнетом обстоятельств, как типичный выдуманный диалог? Он ведь частенько это делал, прокручивал в голове будущие возможные проблемы и конфликты. А иногда даже минувшие.

Образ рассыпался словно песок сквозь пальцы, когда в конце коридора скрипнула железная дверь. Влад продолжил тихо стоять, вслушиваясь в приближающиеся шаги. К его камере подошел парень. Выглядел он как байкер перепутавший скотовник с придорожным баром. Он носил все черное, от кожаной куртки с мехом до ботинок с толстой тяжелой подошвой. Только светлые волосы торчали дыбом, как у напуганной мультяшки. Он окинул Влада оценивающим взглядом и вид у него стал удивленным, хоть и не очень впечатленным.

— Ты что ли оборотень? А с виду не скажешь. Я Элексий, — начал "байкер" так непринужденно, как будто им предстояло вместе работать и протянул руку через решетку.

Влад не уважил его ответным жестом и даже не потрудился встать. Только бросил внимательный взгляд на татуировку, частично показавшуюся из-под рукава. Такой же знак как у Севра, но перечеркнутый одной стрелой. Ага, тоже охотник. И он убивал.

— Что ж, — пожал плечами Элексий, убирая руку в карман и извлекая оттуда маленький стеклянный сосуд. — Я тебе кое-что принес. От зайчика.

Влад продолжал смотреть на гостя с презрительным прищуром, как сова на заводную мышь.

— Ладно. Не от зайчика. От шестирукого упыря. Хафён сделал для тебя чудо-отвар, который поможет тебе.

— Как здорово, — сказал Влад скромным, почти ангельским тоном. — Не мог бы ты засунуть его в задницу своему упырю или старому шизофренику.

Элексий поморгал, словно удивляясь, что Влад может разговаривать.

— Это ты зря. Лютомир, конечно, тот еще черт, но слово свое держит и заботится о нас.

— Да, я в курсе, как вчера позаботились о кентавре.

— Такие порядки, — развел руками охотник.

— Неужели он сделал что-то настолько плохое?

— Слушай, ты сколько в Нави? Год, два?

— Три.

— Вот и не суйся, — проигнорировав ответ посоветовал парень. — Если бы он победил, оказался бы на свободе.

— Да что ты?! — раздался голос фавна. — Расскажи это тем, кто здесь в третий раз!

— А не надо снова попадаться! Не мешай! Сбиваешь. Так вот, — обратился он снова к Владу. — Я не ругаться пришел. На твоем месте я бы сделал то, что от меня хотят, и свалил.

— Я сделаю это только тогда, когда всех отсюда выпустят, — эта мысль вывалилась изо рта раньше, чем Влад успел сообразить, но произнес он ее твердо.

— Ничего себе, — пораженно усмехнулся "байкер". — Как ты себе это представляешь?

— Да ваще легко. Берешь ключ, и открываешь двери.

— А потом Лютомир берет мою семью и вышвыривает из города. Князь выполняет не только обещания, но и угрозы. Поэтому предлагаю выбор: я могу просто усыпить тебя дротиком и напоить, или ты сам это выпьешь, и я принесу тебе еды, — нехотя добавил «байкер». — Ну и всем, кому скажешь. Так и быть.

Влад задумался. Уродливая окрысившаяся морда, слюни по полу, по-звериному скрюченное волосатое тело — вот образ оборотня, сложившийся у него в голове из фильмов и книг. С чудо-отваром обращение в безмозглое слюнявое чудовище перестало быть чем-то гипотетическим и становилось пугающе возможным.

В исступлении он таращился на охотника, оттягивая время.

— Я уже устал повторять, что я не оборотень, — он встал и подошел к решетке. — Если вы наконец успокоитесь… давай сюда.

Влад принял протянутый между прутьями маленький черный пузырек из толстого стекла, напоминающий бутылочку из-под духов, повертел в руке, недоверчиво разглядывая. А потом замахнулся и швырнул об стену.

Пузырек с придурковатым стуком отскочил и пустился в нижний брейк, прыгая и катаясь по полу. Влад и Элексий синхронно дергали головой, следя за его передвижениями, пока он не остановился у решетки. Наступила тишина. Недавний звон все еще оседал в ушах.

Парни изумленно смотрели на бакляшку с налипшими на нее волосками грязного сена. Потом перевели взгляд друг на друга и одновременно дернулись с места. Влад легко опередил охотника и схватил бутылек, собираясь на этот раз поступить умнее и просто вылить содержимое в щель. Но его схватили за другую руку. Держа отвар как можно дальше от решетки, Влад нарочно выронил его. Он недоуменно уставился на Элексия, который почему-то не отпустил его, а вцепился еще крепче.

В следующую секунду руку прострелила оглушающая боль. Все мышцы мгновенно напряглись до предела. Легкие непроизвольно сжались. С ним такое было только однажды, в детстве, когда он зачем-то разгрыз провод от телевизора. Надо же, что вспомнил, а главное вовремя.

В этот раз удар был сильнее. От сцепленных рук даже прыгнули искры, как от шерстяного свитера и с треском прыгнули на прутья решетки.

Элексий отпустил руку и шмякнулся на задницу. Влад упал назад себя на сено. Сознание было при нем, а вот тело не слушалось, словно не принадлежало ему. Волосы на затылке и шее ощутимо вздыбились. Хотя, конечно, не так как у его нового знакомого.