— Как ты узнала, что это я? — князь решил начать беседу с чего-то простого.

— Вы постучали, — сказала Гарья и дала сама себе мысленный подзатыльник. — В смысле. Я вовсе не имела в виду, что ваш сын...

— Невоспитанная свинья? — договорил за нее старик с горькой усмешкой. — Увы, это так. Я присяду?

Получив от девушки быстрый кивок, старик опустился в кресло.

— К сожалению, не могу предложить тебе более достойного жениха.

— Не переживайте. Вредным гов… кхм… сложным характером меня не напугать.

— Я заметил. И очень надеюсь на тебя. Хоть и не представляю, что тебе пришлось пережить, раз ты решилась на такой шаг и все еще не сбежала. Мы уже были готовы принять кого угодно — уродину, калеку или сумасшедшую. А получили настоящее чудо. Для человека с твоей судьбой и твоей будущей ролью ты на удивление сильна духом, хороша собой и способна радоваться жизни. А главное — радовать других. В тебе есть огонь.

— Вы меня переоцениваете, — без смущения, с усталым упреком заявила Гарья.

— Нет, не переоцениваю. Просто хочу быть уверен, что не увижу твое тело там внизу на камнях, — Лютомир показал на балкон. — Как свою жену.

— Я думала, Змей дает бессмертие.

— Дает, — кивнул князь, блеснув змеиной маской в свете огня. — И забирает, если попросить.

— Почему тогда она это сделала? Ой. Извините, лезу не в свое дело..., — запоздало одернула себя Гарья.

Она все еще не знала как себя вести в высшем обществе и чувствовала себя обглодом которого вдруг привели в дом, одели в платье и посадили за стол. Ей впервые было не по себе от собственных манер, точнее, от их отсутствия.

Лютомир не замечал изъянов в ее поведении или просто хорошо притворялся. Отвечая на ее вопрос, он говорил спокойно и ровно.

— Дар Змея — тяжелая ноша на двоих людей. Она дает тебе бессмертие на долгий срок, но сводит с ума и превращает в чудовище. Для моей дорогой Веи бремя все-таки оказалось невыносимым. И теперь день за днем Змей сосет из меня жизнь с двойным аппетитом. А когда душе уже почти не за что держаться, я…, — он осекся и прочистил горло. — Он выбирает жертву.

— А Аресий знает, что его ждет?

— А почему, как тебе кажется, он так старательно отпугивает невест? Он думает, что я всегда буду с ним. Когда оборотень откажется от своих прав на дар и трон, я смогу передать их прямо вам и, наконец, уйти на покой. Само собой, не хотелось бы оставить город на Реську. И нам невероятно повезло встретить тебя. В этом твоя важная и ответственная роль, — он наклонился вперед, опираясь на трость, и посмотрел на девушку в упор. — Я передаю в твои руки не только своего сына, но и весь город.

— Подождите. У вас же есть какой-нибудь совет или заместитель?

— Нет. Все будет в ваших с Аресием руках. Но больше в твоих. Я говорю это не затем, чтобы отпугнуть тебя. Лишь хочу, чтобы ты понимала, что тебя ждет, и была уверена в своем решении. Если ты захочешь уйти, то лучше сделай это до обряда. Я не хочу чтобы мой сын потом отдувался и страдал один, как я.

Гарья долго смотрела на свечу, будто та подскажет ей, что сказать. Но Лютомир, не дожидаясь ответа, поднялся с кресла, пожелал доброй ночи и удалился. Когда его шаги на лестнице затихли, Гарья выдохнула и упала спиной на кровать.

Да, к такому ее жизнь не готовила. Ей еще никто не говорил, чтоонаможет кого-то радовать. Это что-то новенькое. Но если серьезно, то неожиданная перспектива по-настоящему править людьми напугала ее. Побыть мебелью и поприсутствовать для галочки — пожалуйста, ей не жалко было ни своей личной жизни, ни красоты, ничего из этого все равно у нее не было. Но отвечать за людей она не хотела. Оставить на нее целый город с живыми людьми — все равно что доверить престарелому троллю жонглировать хрустальными вазами.

Тогда почему она до сих пор сидит? Не собирает вещи, не бежит прочь из дворца? Князь сам к ней пришел и разрешил идти, распахнул перед ней незакрытую "клетку". Но какое будущее у Гарьи было за ее пределами? У нее ничего не было, ни семьи, ни дома, ни работы, ни даже простенькой цели в жизни. Зато здесь, в Змееграде у нее была своя комната, еда, одежда и приятная женская компания. Она могла принести реальную пользу целом городу. И погубить тоже. Готова ли она всю жизнь терпеть Аресия и трястись за каждое свое решение? Ведь если она не справится...., второй раз она этого не перенесет. Смерти мамы ей хватило на всю жизнь.