– А что тебя не устраивает? – тяжело дыша, он бросил быстрый взгляд на Ракель и сразу отвёл глаза.

– Армия, которая будет нас ждать.

– Я уже видел армии. Все без исключения сдались мне.

– Скалль! – Ракель повысила голос, взывая к разуму своего вождя. – Да что с тобой? Ты ведь собирался спасти всех людей севера, но теперь готов пожертвовать ими, лишь бы взять Борре. У нас и так никого не осталось, скоро будет некого спасать!

Конунг подхватил другое полено и расколол его на части. Потом молча проделал это ещё с двумя такими же. Расколотые части он ногой пнул в сторону. Повисшая пауза затянулась, но Скаллю нечего было ответить. Поэтому Ракель задала новые вопросы:

– Это ведьма что-то нашёптывает тебе? Она заставляет тебя отобрать Борре у ярла Хальвдана?

Скалль опустил топор вниз и молча подошёл к Ракель, возвышаясь над ней. Последние несколько дней он не смотрел на её лицо, но сейчас замер. Ожоги были ярко-красными на лице и руках, пряди с правой стороны стали короткими и доставали ей только до подбородка. Мужчина протянул руку и коснулся остриженных концов.

– Нужно было привезти с собой другую женщину, чтобы ты снова обратила на меня внимание?

Ракель отмахнулась от его руки.

– Ты бредишь, мой вождь.

– Твоё сердце ещё холодно, как ты и говорила перед отплытием? Поэтому ты избегаешь меня с момента нашей встречи? – напирал Скалль.

Если бы Ракель сейчас ткнула его носом в то, что это именно он избегает её в последние дни, то была бы совершенно права. Но она не стала ничего говорить.

– Я чуть не утонула в уходящем море, меня и наших людей подожгли в запертых домах, а теперь я жду, когда солнце погаснет, чтобы выступить в полной темноте против огромной армии! И всё это потому, что я доверилась тебе и пошла за тобой! – вскрикнула Ракель, теряя самообладание. – Моё сердце занято многими бедами, Скалль, мне нет дела до женщин, которых ты привёз с собой.

Скалль поджал губы и засопел. Он замахнулся топором и с размаха вонзил его в пень, на котором рубил дрова, заставив Ракель вздрогнуть.

– Борре – самый большой и развитый город, который я знаю. Пока на севере замерзала земля, там ещё собирали урожай и откармливали свиней. У них есть жильё для всех нас. И еда. Мы пойдём в Борре, потому что я так решил. Ещё до того, как Улла присоединилась к нам, - тихо прошептал Скалль. – Она не заставляет меня делать то, чего я не хочу. Несмотря на своё желание обладать мной.

Ракель еле заметно сглотнула, но Скаллю этого было достаточно. Он облечённо выдохнул, и плечи его расслабились. Приятно было осознавать, что Ракель всё ещё испытывает те теплые яркие чувства, которые охватили их в Урнесе.

– О, я думал, что ты и правда охладела ко мне.

– Не обманывайся, - сощурилась Ракель. – Я отдам тебя любой женщине, если это поможет нам спасти людей.

Скалль удивлённо вскинул брови. Он не думал, что может услышать что-то подобное.

Сердце Ракель защемило от этих жестоких, но правдивых слов. Но она постаралась не подать виду.

– Я ведь помню тебя совсем иной, - покачал головой Скалль. – Ты забавлялась тем, что пыталась убить меня. Смеялась, хваталась за любую работу и много болтала. Что изменилось?

– Ты оттолкнул меня, - прямо ответила Ракель.

Скалль вздохнул. Да, оттолкнул, потому что не был готов открыть все свои секреты. Вряд ли, конечно, он готов сделать это сейчас. На него свалилось ещё больше проблем, а сна становилось всё меньше. Уже в Урнесе он не мог толком уснуть, ворочаясь в холодной постели, пока не проваливался в болезненное забытье. А к дню, когда они прибыли в Ставангр, и вовсе не помнил, когда в последний раз засыпал крепким сном.

– Но перед этим предложил стать моей женой, - напомнил конунг. – И я не отказываюсь от своих слов.

– Я хотела бы выйти замуж по любви, - парировала Ракель.

Молчание Скалля ответило на её незаданный вопрос.

– Но ты не любишь меня, верно? – Ракель понимающе покачала головой. – Это ничего.

– Хватит! – прорычал Скалль. – Хватит… Быть такой понимающей. Такой спокойной. Мне необязательно любить тебя, чтобы хотеть жениться. Ты сильная и смелая воительница, в сердце которой много места для всех людей Мидгарда. Ты заботишься обо всех и думаешь о себе в последнюю очередь. Это качества сильного правителя, которым ты можешь стать. В тебе живой огонь и холодный разум.

– И то, что ты чувствуешь – это не любовь?

– Я… - Скалль сглотнул и поморщился. – Мне не с чем сравнивать. Что ты называешь любовью?

Ракель несколько раз моргнула и опустила глаза. Ей тоже было не с чем сравнивать, но женское сердце подсказывало, что яркие чувства Скалля были только желанием обладать ею.

– Я нуждаюсь в тебе, - прошептал Скалль.
– Ты поразительно хорошо влияешь на людей, умеешь взывать ко всем моим добродетелям.

– И я могу заставить тебя не идти в Борре? – Ракель вскинула на него взгляд.