Скалль улыбнулся и опустил голову, словно прятал эту улыбку от своего друга.

– Совсем недавно мы были детьми и засыпали под сказки твоей матери. Помнишь? – он покачал головой. – И вот уже мы сами часть будущих песен скальдов[1] и сказок чьих-то матерей.

– Только от нас зависит, будут ли ещё в мире скальды. И будут ли ещё матери.

Скалль поджал губы и покивал. Торгни подвинулся к нему ближе, нависая над самым ухом и обдавая друга запахом медовухи:

– Каково это, брат?

– О чём ты?

– О твоём бременё. Быть бессмертным избранником богов. Быть обычным мальчишкой, а потом… пуф!
– хмыкнул Торгни и покачал головой. – Улла говорит, что теперь ты выше всех людей.

– Не верь всему, что говорит Улла, - Скалль поёрзал.

– Как же не верить? Ты-то веришь, - сощурился друг, уличая его в притворстве. На это Скалль только отвёл глаза и закрыл их. – Ты выше всех нас. Выше меня и…

– Я не выше тебя, Торгни! – рявкнул Скалль и резко обернулся к другу. – Мы вместе росли. Мы вместе убивали и приносили славу из походов. Я любил твою мать, как родную, которой у меня никогда не было. Ты – моя семья, Торгни. Ты мой брат. Когда умрут все боги, а мир выжжет огонь, я всё ещё буду любить тебя, как своего родного брата. Кем бы я ни был. Бессмертным избранным или обычным мальчишкой, - он крепко сжал плечо Торгни и увидел, как у друга в глазах появились слезы. Тогда Скалль толкнул его рукой в плечо и засмеялся. – Ну хватит!

Торгни спрятал глаза под ладонью, и только его трясущиеся плечи говорили о том, что он смеётся.

– Да пошёл ты, Скалль, - хмыкнул он, а потом вдруг стал серьёзным и спросил без тени улыбки: - Ты собираешься однажды мне рассказать свой секрет?

Скалль закатил глаза.

– Я думал, что хоть одна из моих женщин не будет задавать этот вопрос, - за что получил хороший удар кулаком в лицо. Конечно же, Скаллю он показался слабым тычком, об этом Торгни знал, но всё-таки ударил его ещё раз. – Не трать силы попосту.

– Женщины, которых ты выбираешь, далеко не глупы. И меня не держи за дурака, хоть я не Ракель и не Улла, восторгающиеся твоим бессмертием. Я помню ритуал вёльвы, когда мы отдавали свою кровь. И ты попросил меня, Эльдира и Фимафенга сопровождать тебя. Чтобы ни одна живая душа не увидела, как ведьма пускает тебе кровь своим ножом, - Торгни ненадолго замолчал. Скалль сжал плотно зубы. Да так, что желваки на его скулах задвигались. – Эльдира и Фимафенга я больше никогда не видел. Скажи, стоило убивать их только за то, что они видели твою кровь? – Торгни произнёс эти слова с вызовом. – Надо было убить и меня.

– Торгни, это не то…

– Конечно. Я твой брат, а Улла – избранница богов. Тогда как Эльдир и Фимафенг… никто? Думаю, ты выбрал их из-за тяжёлой болезни Фимафенга. А Эльдира из-за ранения, которое он получил на охоте.

Скалль наклонился вперёд, опуская голову на свои ладони. Он крепко сжал виски, раздумывая, что ответить Торгни. У него не находилось слов, потому что друг и так всё прекрасно понимал.

– Осуждаешь меня? – тихо протянул Скалль.

– Нет, - пожал плечами Торгни, неотрывно глядя на спину своего вождя. – Понимаю. Ты теперь конунг.

– Что ты хочешь, чтобы я сказал? Три года назад мне было легко оберегать все свои секреты, но теперь всё больше людей подбираются ближе ко мне. А я теряю самообладание, чтобы держаться от них подальше.

Торгни протянул руку, схватив подбородок друга, а потом резко повернул его лицом к себе, заставив посмотреть в глаза.

– Послушай меня, - покачал он головой. Казалось, запах медовухи вокруг Торгни не может стать сильнее, но теперь Скалль был не в силах даже нормально вдохнуть. – Каким бы даром ты не обладал и откуда бы его не взял, ты всё ещё человек. Ты хочешь доверять друзьям и греться в постелях женщин. Ты падок на сладкие слова вёльвы, которая возвышает тебя над нами, потому что хочешь быть великим избранным и сравниться с Одином. Говоришь, что ты всегда будешь моим братом, но с каждым днём я всё меньше узнаю тебя. Ты должен оставаться человеком! Услышь меня!

– Но ведь Скалль, которого ты знал, не мог спасти Мидгард. А я могу, - прошептал конунг. Торгни скривился, а потом отпустил его лицо и отвернулся. – Боги не объяснили мне верный путь. Но теперь Улла сможет меня направить. Я никогда не стану таким, как она, не бойся этого. У меня достаточно власти, чтобы не желать о большем.

– Однажды меня и Ракель не окажется рядом, а высокомерная девчонка завладеет твоим разумом.

– Я знаю, что высокомерная девчонка очень нравится тебе, Торгни, - отвлёк его Скалль и увидел, как друг облизнул губы и даже, возможно, покраснел. – Я видел, как ты целовал её.

Торгни хмыкнул. Если бы только Скалль знал, что поцелуем он отвлекал вёльву от последних слов Тора. Он так испугался, что она расскажет конунгу об избранном, которому Тор оставил свой молот, поэтому пытался отвлечь Уллу любым доступным ему способом. К счастью, Торгни уже давно мечтал поцеловать эту высокомерную избранницу богов. И решил, что это именно тот момент.

– Она верит, что вы с ней предназначены друг для друга, - покачал головой Торгни. – Я слишком обычный для неё.

– Ну что ты! – Скалль всплеснул руками. – Ты особенный. Ты особенный осёл, мой друг. Таких нигде не сыщешь.