Эллис обернулась. Ее щеки горели румянцем. Грудь высоко вздымалась в порывистом дыхании.

– Мне стыдно признаться, но в своих безумных грезах я давно уже принадлежу тебе. Сейчас я хочу испытать это блаженство наяву. Обними меня, Сэм.

Эллис оказалась веселой, жизнерадостной с легким отношением к жизни. Она поразительно просто приняла возможность путешествовать по трансферу. Ей нравилась Таурикия с ее ресторанами, музыкой, аттракционами, безмятежным отдыхом. Ее не привлекали эстрадные представления, где светилы шоу бизнеса с глотками, луженными методом генного катализа, без микрофона пели перед двухсоттысячной толпой. Но она приходила в неописуемый восторг от фантомно-виртуального театра, когда ты создаешь виртуальный мир и сам участвуешь в созданной пьесе.

Эллис не требовала никаких объяснений. Она путешествовала только с Семеном, не желая иметь свой личный трансфер.

Учить общегалактический язык она наотрез отказалась. Ничего не читала и предпочитала практические навыки теоретическим знаниям. Семен так и не узнал, какие у нее представления об устройстве мира. Она сходила с ума при виде драгоценностей. Желание обладать ими было у нее ненасытным. Семен часто синтезировал ей различные побрякушки, и она радовалась им как ребенок.

Когда они собирались попутешествовать, Эллис требовала целый гардероб местной одежды и часами выбирала себе наряды, но ни разу не поинтересовалась местными обычаями. Она предпочитала образ скучающей иностранки, путешествующей в сопровождении своего камердинера. Линг был ее единственным инструментом общения.

Семен популярно рассказал ей о генном катализе. Эллис выслушала его очень внимательно.

– Ты хочешь, чтобы меня подвергли этой пытке и вселили в меня дьявола. Я уже заключила с ним сделку, продав ему свою душу, а теперь он требует, чтобы я продала ему и своё тело и стала такой же всемогущей и непобедимой как ты. Для чего? Чтобы свободно носиться в бесчисленных мирах, смотреть на копошащихся в грязи людишек и думать о тщетности их стремлений?

– Нет. Чтобы созидать, чтобы поднять людей над мишурой каждодневных проблем и повести их вперед.

– Куда? Куда они захотят пойти с тобой, со мной? Для этого им нужно отказаться от жизни, в которой они счастливы. В мишуре каждодневных проблем они видят смысл своей жизни, а ты хочешь лишить их этого огромного счастья – сознавать, что ты нужен людям и делаешь работу, приносящую радость твоим близким и твоим соплеменникам. Нет, я хочу оставаться такой, какова я есть, и надеюсь, что такого же мнения придерживается большинство людей.

Семен показал ей Дашин склеп. Эллис по-деловому осмотрела склеп, поговорила с Дашиным фантомом.

– Она, действительно, дьявольски похожа на меня. Хочешь знать мое мнение? Уничтожь склеп и чем быстрее, тем лучше.

– Звучит как приказ.

– Я не в праве приказывать тебе. Это мой совет. Не надо жить прошлым. Оно завораживает нас своим дурманом и у нас не остается сил бороться за наше будущее.

Семен снял с пояса плеть, закрыл глаза и ударил термальным зарядом, превратив склеп в развалины.

– Какая мощь! Ты все-таки дьявол.

Они стояли на снежной вершине. Отсюда открывался восхитительный вид на залитую солнцем горную цепь. Семен принес сюда Эллис на гравитационной подушке своего боевого пояса, прижав ее к себе. Она замирала от счастья, глядя на панораму сияющих снегов.

– Эллис, оставайся со мной навсегда. Будем жить в моем доме.

– Здесь безумно красиво, но это чужая неземная красота. Я не хочу здесь жить. Мой дом там, где я родилась, где из моей груди вырвался первый крик, где я впитала молоко моей матери. Я лишь гость, случайно занесенный сюда демоническим вихрем.

– Хочешь, будем жить на TS-1762. Я совершу дворцовый переворот, свергну Эдуарда III, стану королем, а ты будешь моей королевой.

– Не смеши меня, Сэм. Для тебя моя Родина лишь едва заметное пятнышко на маленькой планете, у которой даже нет названия. Могущественное королевство Конд менее заметно на ваших звездных картах, чем следы от мух. Конечно, тебе стоит лишь пошевелить мизинцем, и ты станешь королем Конда. Но через полгода ты будешь умирать там от скуки.

– Тогда давай жить здесь.

– Я уже сказала – нет. Я даже не знаю, кто ты Анри Ронский, Сэм Яронд, Сэмюэль Яронский или Семен Яров. Наверно у тебя тысячи имен. Не удивлюсь, если узнаю, что ты можешь одновременно находиться в сотне различных мест. Не возражай, не надо, я все равно не поверю. Я прикоснулась к малой части твоей необъятной сущности. Ты поднес мне кубок с чарующим ядом желаний, и я лишь хочу испить этот кубок до дна.

Эллис прильнула к нему.

– Здесь среди скал, сияющих снегов и палящего солнца я хочу принадлежать только тебе. Сделай так, чтобы здесь была лужайка с шелковистой зеленой травой.

Семен оторвал лепесток от чертовой чешуи. В радужном вихре под ними зазеленел луг.

– Чудесно! Спасибо, мой добрый демон.

Она легла на траву, увлекая за собой Семена.

Семен разбудил вызов экстренной связи.

– Слушаю, Яронский.

– Они схватили ее и увели – голос был звонкий, похожий на девичий.

– Люся, ты? Что за шуточки среди ночи?

– Это я, Артур. Они схватили Эллис. Я хотел ее защитить, но Рудольф запер меня в моей комнате.

– И правильно сделал. Сиди тихо. Я сейчас приду.