– Какая дьявольская мощь! – Эллис стояла посреди комнаты в своей рубашке, перепачканной в крови тигра.

Она сняла рубашку, ослепив Семена белизной своего тела.

– Эллис, ты что удумала?

– Иди ко мне, мой всемогущий демон.

– Прямо здесь, посреди комнаты?!

– Да, здесь и сейчас.

На следующий день Марк собрал общее собрание десантников и продемонстрировал им видеозапись с похождениями Семена.

– Что скажете?

– Классно погладил плетью, даже завидно.

– Удар не сильный, но очень красиво.

– И с кошечками очень мило поиграл.

– Мики-Маус ты наш.

– Осталось только – девчонку в охапку и улететь.

– Скажешь тоже – улететь. Так девочку и простудить не долго. Видел, как она одета?

– Точнее раздета.

– Прямо из постели.

– И не иначе как в постель.

– Отставить разговорчики! – оборвал их Марк – Когда вы устраиваете драки или побоища с использованием только местного оружия, я еще могу с этим мириться, но когда даются такие представления как вчера, то я вынужден принимать меры. Полюбуйтесь, вот указ короля, где граф Анри Ронский объявлен вне закона. Оказание ему содействия карается смертью. А вот секретный указ по департаменту тайной полиции – доставить графа Ронского живым любой ценой. Доигрался. Тебе запрещается появляться на TS-1762. На сегодня все. Все свободны. Семена я прошу задержаться.

– Где девушка? – спросил Марк, когда они остались в кабинете одни.

– У меня дома.

– Хоть с этим все в порядке.

– Не все. На TS-1762 остался ее десятилетний брат, и потом она не хочет жить здесь и требует, чтобы ее отправили на TS-1762.

– Ничего не поделаешь. Тебе придется вернуть ее домой. Не советую посещать TS-1762 – это может иметь для тебя серьезные последствия.

– Понимаю.

Без Эллис Семен смог выдержать только неделю. К концу седьмого дня его охватило гнетущее беспокойство. Он должен быть на TS-1762. Часа два он боролся с желанием нарушить запрет. Что случится, если он пройдет трансфером прямо в малую гостиную? Никто его не заметит. Он сможет снова обнять его Эллис, ощутить тепло ее тела.

Когда Семен оказался в малой гостиной, его поразила тишина, царящая во дворце. Был поздний вечер. Из окна виднелся пруд, на берегу которого какие-то люди разгребали пепелище костра. Он снова прислушался – во дворце стояла гробовая тишина. Семен открыл тайник, который соорудил на случай, если Эллис захочет что-нибудь ему передать. Там лежала записка и перстень с большим бриллиантом – последний подарок Семена. Он развернул записку.

Любимый мой

Ты неожиданно исчез, хотя мне казалось, что в мире нет силы, способной разлучить нас. Огонь костра лишь слабый отблеск неистового пламени, которое бушует в тебе и вырывается на волю в минуты твоего гнева, но я верю, что, если мое тело сгорит в огне, то моя свободная душа сможет соединиться с тобой там, где живут люди, равные тебе. Не бойся за меня – любая физическая боль ничтожна в сравнении с мукой разлуки с любимым, которая пожирает меня. Я не в силах ждать тебя здесь и ухожу, чтобы соединиться с тобой там.

P.S. Позаботься об Артуре. Он остается здесь совсем один.

Твоя Эллис.

Семен вновь и вновь перечитывал записку. Этого не может быть! Какой-то фантастический бред! Он подошел к окну, из которого был виден потухший костер.

– Что я натворил! Где я был, когда я был нужен ей больше жизни? Ну, почему я такой дурак? Девочка моя, как же так? Вернись, не уходи. Я не смогу без тебя жить в этом глупом мире. Почему мы понимаем все только после потери?

Правая рука сжалась в кулак, хрустнул зажатый в ней перстень. Семен раскрыл ладонь, глядя как на пол падают обломки того, что осталось от Эллис. Рука непроизвольно скользнула к плети.

Проломить потолок, рвануться в космос и полоснуть плетью по планете. Смотреть как горит в неистовом пламени то, что он так любил. Не надо жить прошлым. Оно завораживает нас своим дурманом. Путь вырвется на волю пламя, которое бушует в нем. Любимая, ты этого хотела?

Сзади послышался легкий шорох шагов.

– Добрый вечер, маркиз, – сказал Семен не оборачиваясь.

– Добрый вечер, граф. Я знал, что вы придете.

– Она действительно сожгла себя?

– Да, мои люди вытащили ее из костра, когда она уже была мертва.

– Я могу ее видеть?

– Если вам угодно.

Они спустились вниз. В вестибюле на циновке лежала Эллис. Хотя одежда на ней не сильно обгорела, в лице едва угадывались знакомые черты. Семен надорвал на ней одежду на левой груди. Грудь почти не пострадала. Под грудью была родинка, родинка Эллис. Захотелось прижаться к ней губами.

– Это Эллис.

– Вы в этом сомневались?

– Думаю, что департаменту тайной полиции не представляет труда найти двойника и инсценировать самоубийство.

– Помилуйте, граф, я совершенно не заинтересован дурачить вас. Все мои действия были подчинены лишь желанию наладить с вами диалог.

– И тигры тоже?

– Позвольте принести вам извинения за те грубые методы, которые я вынужден был применить.

Дежурившие около Эллис два молодчика с ужасом смотрели на Семена.

– Прикажите вашим людям оставить нас одних.