– Тут какие-то интересненькие примеси, не могу понять...
– взгляд колдуна упал на капельку Климиной крови, оставшейся на камне.
– ...И они идентичны... Ребята, интересненькая новость: по этим желобкам когда-то текла человеческая кровь!

– Жертвенник?
– переспросил Гера.
– Кому? Для чего?

– Эти интересненькие мохнатые загогулины и реакция Климы наталкивают меня на вывод, что здесь когда-то было капище приверженцев культа крокозябры. Кровавого и беззаконного.

– Чего-чего?
– разинул рот Гера.
– Крокозябрам поклонялись?

– Еще как!
– заверил Тенька.
– Многие тысячи лет назад, до обд. Вы что, никогда не слышали об этом? Даже Клима?

– Я знала, что когда-то крокозябр в лесах водилось много, и их почитали, - Клима с большим трудом держала себя в руках.

– Не то слово!
– кивнул Тенька.
– Культ крокозябры был одним из самых распространенных в Принамкском крае, да и на Холмах немного. Им приносили множество жертв, в основном человеческих. Но и сильфам тоже, говорят, пускали кровь в угоду крокозябрам.

– Они ж развеиваются, какая с них кровь?
– заинтересовалась Ристинка.

– Сперва выпускали по капле, а потом добивали, - пояснил Тенька.
– Ну, вы даете. Таких вещей не знаете! Потом высшие силы ниспослали Принамкскому краю обду с ее даром. И обда этот культ истребила. То ли конкуренции не хотела - все же культ крокозябры враждебен и противен культу высших сил, то ли они ей чем-то лично досадили.

– И то, и другое, - пробормотала Клима.
– А кто спросит, откуда я это знаю - убью! Тенька, уничтожь камень!

– Да ты что! Он, наверное, последний на весь Принамкский край остался! Это же реликвия! Память предков. Его нельзя трогать. Лучше обнести заборчиком и изучать.

– Ты уничтожишь этот камень, - сквозь зубы приказала обда.
– Принамкскому краю не нужна такая реликвия. Я желаю, чтобы от культа крокозябры не осталось даже памяти людской. Прахом, прахом все! Слышишь, Тенька? Прахом!

– Ладно, - нехотя сдался колдун.
– Отойдите все. Сейчас определю набор веществ, степень ветхости разложу на модуль устойчивости, распределю вектора переменных...

Бормотание из опечаленного стало деловитым: вед полностью ушел в себя и любимое дело.

– А где сильфида?
– вдруг вспомнил Гера.
– Она ушла за грибами еще раньше меня. Темно совсем, не заблудилась ли?

Клима, все еще полыхая взглядом, плюхнулась на землю у костра и протянула руки к пламени, согревая пальцы.

– Вот иди и поищи.

– Понял, инициатива наказуема, - фыркнул Гера и уже собрался отправляться на поиски, как из чащи донесся истошный девичий крик.

А вскоре на полянку вылетела сама Дарьянэ с круглыми от ужаса глазами, не прекращающая верещать благим матом. Правда, увидев костер и невозмутимых вроде спутников, умолкла и остановилась, тихо всхлипывая.

– Что случилось?
– тут же спросил Гера, уже заводя руку за спину, где на ремнях в специальном чехле висела ортона.

– Там, - выдала Дарьянэ. И замолчала.

– Что - там? За тобой кто-то гонится?

– Н-не знаю. Я собирала грибы... А т-там - оно. Меня коряга покусала! И обругала премерзко! У вас в Принамкском крае все коряги такие злобные?

– Чего она говорит?
– спросил Тенька, отвлекаясь от работы. Гера перевел.
– Ничего себе интересненько получается! Пусть ваша сильфида гордится, ее покусало древнее реликтовое животное, очень редкое, полумифическое и, по мнению некоторых, заслуживающее поклонения и воздвижения капищ, таких, как это. Короче говоря, крокозябра. Спроси, где она ее нашла, мне тоже посмотреть охота!

– Я не искать крокозябра на этот лес!
– почти обиженно воскликнула Дарьянэ по-принамкски, поняв слова веда.
– И не иметь памяти на то место. Меня поимел страх, и я убежать! Положите глаз на мой укус и сделайте оказание помощь.

Она продемонстрировала свою правую руку. На тыльной стороне ладони виднелись четкие кровавые ранки от десяти зубов.

– Тенька, а крокозябры ядовитые?
– встревоженно спросил Гера.

– А кто их знает. Но точно не стерильные, так что ранку лучше обработать. Кстати, только что практически на наших глазах подтвердилась легенда: крокозябры глупые, но умеют повторять все ругательства, которые услышат, и складывать их в поистине обидные комбинации. Эх, ну почему я за грибами не пошел!

– Вы грибы-то принесли?
– вспомнила Клима.

– Да!
– гордо кивнула Дарьянэ, кладя на землю и разворачивая небольшой узелок. Там и правда лежало несколько десятков приземистых желтовато-белых грибов.

– Это поганки, - бесстрастно констатировала обда.

– Неужели?
– расстроилась Дарьянэ.
– Но как же так, поганки вот ведь, синеватые, на тоненьких ножках!

– Это разные виды поганок.

– Удивительно. У нас на Холмах и одного вида почти нет, а тут целых два.