Шрифт:
— И не холодно?
— Неа. Жа-рко! — гордо взметнув острие меча к небу, заявил мальчишка.
— Чего я, зря эту шкуру тащила что ли?.. — вздохнула я.
— Так ты и надень. Она тебе идет, между п-рочим, — вполголоса заметил Хотар, но поспешил скрыться в особняке раньше, чем я осмыслю его комплимент.
Накинув куртку на плечи, я осталась обреченно ожидать на месте, потому что Эл уже шел сюда. Мне хотелось выразить ему благодарность, рассказать об удивительном сне, признаться, как я скучала, но… как всегда, в такие моменты с губ срывалось совсем не то, что на сердце, а то, что в голове. А там был полный бардак. Появление Эллаирис совершенно выбило меня из колеи. И прежде всего, хотелось понять отношение Элгара к этому визиту.
— Привет, — остановившись за пару шагов до меня, улыбнулся он, зачехляя свой драгоценный, инкрустированный рубинами, тесак.
— Привет, — бесцветно согласилась я.
— Ну, как тебе здесь? Как спалось?
«Как в пыльном гробу!» — я стиснула зубы, чтобы этого не озвучить.
— Нормально. Я уже бывала здесь, кстати.
— Когда это? — усмехнулся Эл, вероятно, услыхав мой неблагодарный отзыв.
— Здесь ведь… портал недалеко. Я забрела сюда первым делом.
— Ну, как сказать, недалеко… Пару миль будет.
— В любом случае, гораздо ближе, чем там, куда меня забросили медерийцы, — мрачновато прервала я его бессмысленные рассуждения.
Элгару ничего не оставалось, кроме как согласиться и развести руками в знак сожаления.
— Мы там… опять что-то типа «барбекю» организовали, на заднем дворе. Ты голодная? — сменил он тему.
— Спрашиваешь! — страдальчески поморщилась я, и парень, довольный тем, что пригодился, повел меня к запоздалому завтраку.
Как выяснилось, Брин покинул имение, едва прибыл Элгар, и теперь, кроме нас троих здесь не было никого на несколько миль вокруг.
Пока Эл разогревал на углях остывшее мясо, я осторожно поинтересовалась:
— Как дела в городе?
Оборотень скосился на меня, словно пытаясь понять, догадываюсь ли я о чем-либо.
— Да, вроде, все в порядке. Шизики ушли в пещеры, где им и положено быть, — брезгливо хмурясь, усмехнулся он.
— Это ты об «истоковцах»?.. За что ты их так? — улыбнулась я.
— А как их еще… Носятся со своим пророчеством, как умалишенные. Ждут от него неземного блага…
— А разве Исток… не благо?
Элгар опустил руки и даже на минуту позабыл о пылающих углях.
— Уна, послушай, я не знаю, чего тебе наговорили эти убогие, но надеяться на «чудо» не советую.
— Да почему?! — разозлилась я, — Как колдун может быть таким непробиваемым скептиком?!
— Вот именно потому и не верю в эту ересь, что знаком с магией не по учебникам! — Эл вскочил на ноги и зашагал вокруг меня, эмоционально жестикулируя, — В мире не может быть абсолютной силы! И способа реактивации хищника не существует в природе. Это как… поворот эволюции вспять, понимаешь?!
— Пока не очень… — скривилась я, пропуская мимо ушей принижение человеческого рода.
— Представь, что кто-то изобрел «лекарство от старения», при котором человек растет обратно, — привел пример он.
— До какой степени… обратно?..
— В том то и дело, — усмехнулся принц, — что эту степень должен кто-то определять. А иначе вместо вампира, исцеленный станет обезьяной. Или чем еще похуже. Процессы природы нельзя нарушать. Они не обратимы.
— Значит… Исток — разумное существо! — упрямо продолжила рассуждение я.
Элгар запрокинул голову, отчаянно сдавливая виски.
— Да что вы все, с ума посходили?!
— Аксан тоже «убогий»?
— Что?.. — растерянно обернулся он.
— Аксан верит в Исток. По-твоему, он тоже шизик? — сложив руки на груди, уточнила я.
Оборотень внимательно поглядел на меня с минуту и вернулся к подгорающему мясу.
— В любом случае, не стоит рассчитывать на эту «панацею», — негромко вздохнул он.
— Хм. Почему?.. — неуверенно усмехнулась я, поражаясь, как быстро Эл сдает позиции.
— Мы поможем Хотару миновать порог. Это я тебе обещаю, — искренне заверил Элгар, глядя мне в глаза, — Теперь у нас достаточно сил для подобного обряда.
— Теперь? — эхом повторила я, отводя взгляд.
— Да. В наших рядах появился кое-кто… толковый. С такой поддержкой мы способны на многое, — абстрактно заговорил Эл, с едва заметной, хитроватой улыбкой.