— Нет, не имею! — взорвалась я, — Абсолютно не имею, Элгар! Это же расизм… — хватаясь за голову, я уткнулась лицом в подушку, ненавидя себя теперь еще больше, чем хищников.

— Это защитная реакция, — Эл, наконец, повернулся ко мне, — Перестань винить себя, Уна… Слышишь?.. — его ладонь заскользила по спине, утешая, — Разве тебя… никогда не сбрасывала лошадь?

Услышав столь странное сравнение, я оторвалась от подушки.

— Да, и не раз, — растерянно пожала плечами я.

— Но ты и по сей день прекрасно держишься в седле и, я думаю, не мыслишь жизни без этого, — продолжил рассуждения Эл, уже увереннее.

— К чему ты клонишь? — настороженно сощурилась я.

— Ты ведь знаешь, что нужно побороть себя и снова взобраться в седло, в тот же миг, иначе страх будет только укрепляться в тебе, с каждым днем…

— Погоди, Эл… Что ты задумал?! — оборачиваясь к нему, я подтянула колени к животу, недоверчиво наблюдая за нездоровым оживлением в глазах принца.

— Ничего, что могло бы тебе навредить, — с заговорщицкой улыбочкой ответил он, поднимаясь с кровати, — Я скоро вернусь.

— Надеюсь, ты ненадолго?.. Иначе здесь тебя будет ждать моя окоченевшая тушка, — стараясь отговорить Эла от сомнительной авантюры, заканючила я, в дурном предчувствии, но парень был настроен решительно.

— Не волнуйся, замерзнуть ты не успеешь. Я вернусь очень скоро и согрею твою сладкую «тушку»… — он остановился на пороге и, не сводя с меня сверкающих глаз, добавил, — Что бы ни происходило, не бойся ничего, Уна. Просто доверься мне… Пожалуйста.

Мои зрачки расширились от ужаса, но Элгар глядел с такой мольбой, что я машинально кивнула.

— Обещаешь? — ласково улыбнулся он.

— Обещаю… — пропавшим голосом прошептала я, провожая принца взглядом.

По уши закопавшись в одеяла, я уселась поближе к спинке кровати и стала ждать. Но из приоткрытой двери в комнату пока проникал лишь сквозняк. Перебирая варианты, я остановилась на самом неприятном, но единственно реальном в данный момент. Однако я и предположить не могла, что Элгар выберет именно ЭТУ свою ипостась… Когда из-за двери показалась огромная косматая голова, сердце заколотилось у меня где-то в горле. В глазах помутилось, но я вдохнула поглубже и все же осталась в сознании, наблюдая, как лев бесшумно проходит в комнату. Низко опущенная морда, прижатый хвост — все это говорило о лояльности хищника, но я забывала дышать. С каждым его шагом ко мне подбиралась истерика. Лев медленно обошел кровать, вскинул голову и осторожно положил мягкую лапу на постель, будто спрашивая моего разрешения.

— Н-ет… — сипло выпалила я, — Господи, нет, Элгар! Пожалуйста… — взмолилась я, закрывая лицо руками, но мои испуганные вопли подействовали на хищника, как катализатор.

Спружинив мощными лапами, лев в один прыжок очутился рядом со мной. Я зажмурилась, а эта туша улеглась и опустила свою тяжеленную башку на меня, придавив колени. «Что бы ни происходило… Черт тебя дери, Элгар! Ты совсем рехнулся! — прокручивая наш разговор, материлась я про себя, — Блин… Я обещала не дрейфить. Бли-и-ин!» — мысленно прорычала я, открывая глаза. Зверь лежал неподвижно и будто вообще уснул, но я прекрасно помнила, как обманчивы его ужимки. Протянув дрожащую руку, коснулась гривы. Лев не пошевелился. Тогда я запустила обе руки в пушистый воротник, согревая замерзшие пальцы. Зверь лениво отреагировал, чуть подаваясь навстречу моим ладоням, а потом и вовсе запрокинул башку, прижимаясь ко мне затылком и довольно щурясь, как натуральный котяра! Я неуверенно хмыкнула.

— Эл… мне тяжело, — призналась я, заодно проверяя, соображает ли что-нибудь эта животина.

Лев тут же освободил меня от бремени своего котелка и повалился на бок, укладываясь на подушки, как порядочный. Я перевела дух, но тут его правая лапа многозначительно взметнулась вверх. Я скосилась на зверя, но тот лишь умиротворенно щурил желтые глаза, подмигивая мне в темноте. Со стороны этот жест выглядел не иначе как приглашение.

— Эл, ты… с ума сошел?.. — поморщилась я, все еще надеясь, что мне просто показалось.

Зверь уронил лапу, устав ее держать, но через какое-то время упрямо поднял снова. Я ни за что бы не согласилась на эту авантюру, но Эл свернул голову на бок, лбом упираясь в подушку, и состроил такую умильную мордаху, что я не устояла. «Улыбающийся» лев — подкупающее зрелище.

— Учти… — подползая к хищнику, предупредила я, — …если ты меня съешь, я обижусь.

Зверь брезгливо облизнулся и невинно отвел глазки в сторону. Но, едва я улеглась рядом с ним, увесистая лапа опустилась мне на плечо, соскользнула чуть ниже и пристрастно надавила на живот, заставляя притиснуться ближе, а в ухо уткнулся влажный нос. Будь этот лев стопроцентным диким хищником, эти мгновения стали бы для меня последними. Все мои движения теперь были под полным его контролем, все мое тело — подчинено его воле. При желании он не дал бы мне даже вдохнуть. На глаза навернулись слезы. Все мое естество противилось этой несвободе. Но я сомкнула веки… прислушалась к собственному пульсу… почувствовала блаженное тепло и… запах Элгара! Его собственный, неповторимый запах. Даже обернувшись зверем, Эл остался самим собой. Этот факт меня приободрил. Обняв обеими руками плюшевую лапу, я погрузилась в тихую, безмятежную негу, напрочь позабыв об опасности. И уже через несколько минут мне удалось задремать. В голове неслись тревожные мысли о предстоящей поездке, предвкушение праздника, сомнения. Больше всего я боялась увидеть их вместе, счастливую, гармоничную пару… Элгара и Эллис. И как ни гнала от себя эти горькие миражи, двое так и стояли перед глазами, лобызаясь и любезничая. Почувствовав движение, я распахнула глаза. То ли во сне, то ли от переизбытка чувств, лев расправил плюшевую пятерню и выпустил когти в покрывало. Отдернув руки, я какое-то время лежала неподвижно. И, лишь когда поняла, что зверь крепко спит, осторожно перевернулась к нему лицом. Так почему-то казалось безопаснее. «Сейчас он здесь, со мной. Остальное не важно. Удавалось же мне все это время жить одним днем? Почему бы и тут не применить подобный подход?.. Важно лишь то, что в данный момент. А сейчас мне… действительно хорошо…» Мысли, наконец, оставили мой разум, отошли на второй план. На первый вышло долгожданное спокойствие, уют и защищенность. Я решила насладиться этим необыкновенным приключением и уснула крепким, младенческим сном, покручивая в пальцах жесткие длинные прядки косматой гривы.

Но тоскливые видения преследовали даже во сне. Я очнулась под утро, взмокшая и зареванная, прижалась к Элу, уткнулась лбом в родное плечо. «Никому… никому тебя не отдам! Мой любимый, мой нежный зверь…» На талию легла ладонь. Я разлепила веки, шмыгнула носом и улыбнулась, глядя в серые глаза.

— Перепугалась?.. — сочувственно шепнул он.

Я замотала головой, потянулась к чутким губам принца, коснулась робким поцелуем, вдохнула… и, вспомнив их восхитительный вкус, захватила в плен. «Мой! Только мой!» — пульсировало в туманном сознании. Жадно скользя ладонями по груди, по упругим плечам, я льнула к нему, словно снова тонула, и лишь он один мог помочь мне выжить в схватке со стихией. Элгар изумленно оцепенел, но вскоре я ощутила его прикосновения. Сперва несмелые, легкие. Он будто боялся спугнуть этот мираж. Но с каждым мигом его руки становились все увереннее. И когда я, в сладостном исступлении, начала покрывать его шею и плечи жаркими поцелуями, Эл, наконец, очнулся. Бережно обхватив ладонями лицо, он приник к моим губам, смело забирая инициативу, укрощая мой пыл, замедляя темп, чтобы успеть насладиться каждым счастливым мгновением.