– Да, – с горечью произнес Алексей, – он видно и припугнул. Так ловко это проделал, что его решили на всякий случай убрать. Скорей всего, перед тем, как положить на рельсы, его заставили рассказать, кто дал ему такую информацию.

– Ты думаешь… его…

– Больно уж это похоже на то, как поступили с подростком Андреем. Конечно, и здесь искать виноватых не будут, спишут все на несчастный случай или самоубийство. Погоди, мне нужно кое с кем связаться по скайпу. Лежи, не двигайся и не шуми, не нужно, чтобы тебя заметили. Все поняла?

– Ага.

Натянув на голову одеяло, я неподвижно лежала, слушая, как он щелкает мышкой, как идут гудки вызова. Женский голос сказал:

– Здравствуй, Алеша, какие новости?

– Здравствуй, Гюля. Новости плохие – убит Марк Яновский, адвокат Гаспаряна. Он, как мне сказали, что-то кому-то сболтнул, и они решили, что он владеет информацией.

Женщина какое-то время молчала, потом со вздохом ответила:

– Я говорила, что эти люди оставляют кровавые следы, что я теперь могу сделать? Они выполнили наши требования, мальчик свободен, я тоже свое получила, а насчет адвоката уговора не было. Насчет тебя, кстати, тоже, поэтому тебе лучше пока где-то пересидеть – они понимают, что будет, если до выборов просочится эта информация. Кстати, я должна с тобой рассчитаться, но, думаю, нет смысла пересылать тебе деньги в Россию.

– Положи их в надежный банк на мое имя, сообщишь, как мне потом их получить.

– Хорошо, пересылаю тебе координаты немецкого банка, завтра деньги будут переведены туда на твое имя – пять процентов, как мы условились. Прощай, Алеша, мне будет жаль, если с тобой что-то случится.

Когда разговор был окончен, я сбросила одеяло и, сев на кровати, сердито сказала:

– Я хочу знать, что происходит, ты обещал мне все рассказать еще тогда, когда я шла добывать эту чертову флешку.

Однако Алексей уже был на ногах и что-то торопливо искал в шкафу.

– Потом, потом, Наташка! А, вот оно. Собирайся, быстро, мы едем.

– Опять едем?

– Все мобильники отключаем и оставляем здесь. Твой паспорт у тебя?

– Да, мне сказали, что в России нужно всегда иметь его при себе. А зачем отключать мобильники? Мне ведь могут позвонить.

– Чтобы не засекли. Тут уж не до жиру, быть бы живу. Паспорт, кредитную карту – все давай мне. Если что, смотри – все документы здесь, у меня в кармане рубашки под свитером, ближе к телу. Быстрее, быстрее, отсюда нам надо драпать. Так, чтобы не забыть, – он огляделся и сам себя спросил: – Все взял? Карта «виза», паспорт, загранпаспорт….

Пока Алеша прятал документы, я послушно поднялась и стала натягивать одежду. Уходить из теплой комнаты в морозную ночь жутко не хотелось, глаза мои слипались, но у меня все-таки хватило сил спросить:

– Извини, пожалуйста, Алеша, но я забыла – что такое «драпать»?

– Сейчас узнаешь на опыте, – пообещал он, подхватывая сумку, в которую сунул кое-что из одежды, мой и свой ноутбуки, а также две банки тушенки, пачку чая и буханку хлеба, – диктофон не забыла?

В машине я крепко уснула, свернувшись калачиком на заднем сидении, а проснулась, когда мы въезжали в железные ворота. Пропустив нашу машину, створки сомкнулись. Мы стояли у крыльца огромного трехэтажного особняка, вокруг не было ни души.

– Где мы? – испуганно спросила я.

– Поспи еще немного, – махнул рукой Алексей, – я тут пока малость поколдую – включу насос и отопление на третьем этаже, пусть чуток прогреется.

Когда мимо двух безмолвных и холодных этажей я поднялась наверх и вошла в холл, то ошеломленно ахнула – даже в самых богатых домах Австралии не обставляют гостиные инкрустированной мебелью с позолотой и перламутром. И уж, конечно, не ставят колонн из итальянского мрамора фирмы Бертолини – любой нормальный австралиец счел бы это ненужной тратой денег.

– Что это, Алеша, музей?

– Частное жилище, коттедж.

– Неужели твой?

– А что, не похоже? – он рассмеялся, но как-то невесело. – Это коттедж моего школьного приятеля. Он выстроил его для своей жены, но она умерла. Он не в силах продать коттедж и не в силах здесь бывать, поэтому отдал мне ключи.

– Прямо Тадж Махал, – я благоговейно коснулась мраморной колонны, – а отчего она умерла?

По лицу Алексея прошла тень.

– Пока не будем об этом, Наташа, ладно? Я обещал тебе все рассказать и расскажу, но позже, а сейчас отдыхай – на этом этаже три гостевые спальни, каждая со своим санузлом, выбирай любую.

– А ты?

Он устало улыбнулся.

– Ну, куда же я от тебя денусь, австралийская киска. Завтра рано утром поеду в Троицк за продуктами, сделаю запасы – нам, наверное, придется здесь просидеть до четвертого марта. Так что, если утром проснешься, и меня не будет, не пугайся.

– Можно, я с тобой?

– Ни в коем случае, тебя, скорей всего, уже ищут. От Марка им известно об австралийской сестренке, ведущей расследование, твои фотографии найти нетрудно. Наверняка девочка Юля у них, и по фото она уже опознала Вику из Литвы, которая толклась с ней в подъезде, а уж концы с концами связать – делать нечего, там не совсем идиоты работают.