Шрифт:
– Урак, чтоб тебя, – напомнил я ему: кто здесь падший. – Ко мне! Сюда!
Орк-гигант нехотя, но уступил мне, получив очередную стрелу, и на этот раз в спину; даже не споткнулся и скорости бега не снизил, узрев впереди новых врагов. И, приняв на себя болт из арбалета, метнул в ответ секиру, воткнувшуюся в мачту; едва не подрубил – зато отвлёк внимание гномов там, спешно отрывающих чёлн от земли.
– Скорее! – рвалось у меня сердце из груди, грозясь выпрыгнуть наружу. Я задыхался. И если бы только это мешало мне бежать, а то и ноги стали ватными. Я почти упал, споткнувшись обо что-то или кого-то, да кентавр подхватил меня и зашвырнул сходу на летающий корабль.
Зря. Гномам это не понравилось, они направили на меня арбалеты. Я поднял руки, понимая: если не сдамся, они не посмотрят на то, что я падший, и превратят меня в учебную мишень, но при этом истыкают болтами, как дроу стрелами Урака.
Всё же отвлёк их, иначе бы атака сходу моим попутчикам не удалась. Недолго разбираясь, что к чему, Магомед с орком раскидали гномов по бортам, а кентавр перерубил канат, удерживающий нас у земли, и мы взмыли. Я наконец-то воспарил и такой экстрим уже вполне устраивал меня. Осталось захватить власть на воздушном челне, да делать этого не пришлось – Линара заговорила с одним из гномов на их родном языке. И ещё больше удивила меня, заявив после короткой словесной перепалки с недомерком:– Гномы доставят нас в Лихолесье с одним условием…
Опять эти условия! Как они все здесь достали ими меня!– Хорошо, – утвердительно кивнул я, соглашаясь: выслушаю. На то и падший. Им, меня с Магомедом, и представила в качестве них Линара. – Так что там за условие?
– Мы должны забрать Жийома.
– Кого-кого, какого ещё жи… да?!
Вожак-капитан указал нам за борт на вновь возникшего камнетёса, сотрясающего – секирой и кувалдой, оказавшейся Грозовым Молотом Бурь, со слов Гийома, и также его сродником по клану – округу.
– Его, ещё можно, – уяснил я на раз: пригодиться в этом мире – и не раз.
И не успев толком набрать высоту, мы вновь устремились вниз. А зря. Ох, зря. Грузоподъёмность челна была ограничена, а в него кинулись все, кто вырвался с нами из заточения, отбиваясь от дроу, окруживших нас плотными рядами всадников на онаграх и стаями наездников на архонтах, коих до сих пор сдерживал камнетёс. Но вот опять уменьшился в размерах, как прежде, ввалившись с горсткой таких же колючих недомерков на борт, а вслед за ними полезли орки, тролли и эльфы. Да всех желающих чёлн не мог вместить.
Не взлететь нам с ними в воздух.– Весь балласт за борт! – скомандовал я, взяв бразды правления на себя.
Гийом что-то там закричал, но, поворчав, быстро уяснил: я, как падший, буду ценнее для него, чем всё то, что он там вёз в Лихолесье для торга с отродьем; поспешил избавиться. Но мы всё равно не тронулись с места, словно днище массивного челна пустило корни.
И немудрено. Опять эта магия дроу. Кому что, а у этих и дрова способны оживать. Вот и опутали нас, вырвавшимися из недр Мраколесья, корневищами. Если бы не они, нам бы пришлось высаживать некоторых "безбилетных" пассажиров, а так дроу сами помогли нам решить вопрос с нашей непомерной грузоподъёмностью, оторвав ещё по бортам упоры-лыжи, и мы наконец-то взмыли с земли ввысь. Но высоко не поднялись. И если дроу на онаграх при всём своём желании были не в силах достать нас, то наездники на архонтах продолжали доставлять нам множество неудобств, сокращая поголовье экипажа – выбивали у нас воинов, частенько выпадающих из челна за борт, получая стрелу то в глаз, а то и в раскрытый рот. Но и эльфы при нас отвечали им тем же, уменьшая насколько возможно поголовье остервенелой стаи дроу.
Воздушный шар над мачтой трещал по швам, а сквозь многочисленные дыры от стрел, со свистом вырывался горячий воздух.
Мы больше не поднимались, и пока за благо, что не спускались. Чему надо бы радоваться, но также понимали все – и в частности я: долго так продолжаться не может, рано или поздно всё равно рухнем вниз, и тогда дроу перебьют нас за милую душу.
Укрывшись щитом от стрел наездников на архонтах, я выглянул за борт вниз, реагируя на топот. За нами неслись, не сбавляя скорости, среди дебрей Мраколесья, всадники на онаграх, и вёл их за нами…
– Терран, – не сдержался я, выкрикнув на эмоциях. – Чтоб тебя, тёмного лорда, в морду-лица!
– Арол, – наткнулся Магомед на меня. – Ты не ранен?
– Я-то в порядке, дружище, – заверил его. – Сам-то как?
– Да как-то пока не очень, да.
Магомеду досталось, ведь он прикрывал меня, как и Урак с Кроном, являясь нашей главной ударной силой в отряде. И нам ещё повезло, что мы не лишились при этом никого – и даже Жезниры с Линарой, а помимо всего прочего обзавелись гномами с узниками. И пускай их горстка при нас, зато мы увеличили численность отряда. Но что меня больше всего удивляло – на их фоне выделялась парочка "петухов".
– Тролли они, – рыкнул Урак, опустившись на днище челна подле меня, избавляясь от стрел.
Не только я, но и гномы при нас, подивились стойкости зеленокожего гиганта, а также тому, что мне, как падшему, удалось на какое-то время объединить непримиримых врагов и сплотить меж собой общей идеей побега из плена.
Взглянув на того самого гнома, что постоянно превращался в камнетёса, я протянул к нему в качестве приветствия свою окровавленную руку, и, встретив дружеское понимание, заключил его в свою.