Шрифт:
В общей сложности понадобилось четыре щита, чем Дийом удивил меня. Ну, на то и гном – не лишён ума. Так что зря я грешил на него. Он сбил щиты таким образом, что они складывались над стрелком домиком-треугольником. И щель, из которой меж ними торчал самострел, не пришлось выбивать секирой в щите и портить. А снизу, к данной защитной конструкции в качестве пола под ногами, крепился четвертый.
Забравшись внутрь защитного корпуса, я понял: стал практически неуязвим для наездников дроу. Они могли достать меня, если только сумеют угодить в щель меж щитами. Зато теперь и я мог реагировать исключительно на них, когда они попадались у меня в прицельной щели, что улучшило мою стрельбу – отныне едва ли не каждый второй болт, так или иначе, достигал цели, задевая либо архонта, либо наездника.
Всякий раз, когда мой выстрел был удачным, из-за щитов до меня доносились ликующие возгласы попутчиков. Магомед даже считал сбитых мной дроу.
– Адын!.. Дыва!.. Тыры!.. Чэтыры!.. Пят, Арол!
– Понял. Рисуй звезду, Магомед!
– Где, Арол?
– У себя на лбу!
– Вах, зачем на лоб, Арол, да мой, да?
– Это я так шучу. На щите, Магомед!
– А чем, Арол?
– Пальцем! Тебя учить, чем ковырять, и как?
– Нет.
Магомед немного перестарался, зацепив секирой по корпусной защите, и я выглянул из-за неё.
– Какая-то звезда у тебя не такая, – озадачил меня Магомед. – И больше подобна на крест! Но может оно и лучше, да? Я так думаю, а ты как, Магомед?
– Они так горят в небо, Арол! Я много видеть их за своя жизнь! – выковырял Магомед дырку по центру перекрестия лучей.
Постреляв ещё немного, и от души, я практически в одиночку заставил стаю наездников на архонтах оставить нас, на некоторое время, в покое. И покинув подвесной защитный механизм к самострелу, дал возможность гномам почувствовать себя на моём месте в качестве аса-стрелка.
Как дети, честное слово. Меж ними едва до драки не дошло. Но ими и без меня есть, кому командовать. Разглядывая шестерёнку Рийома, прилаженную к самострелу за изогнутую ручку, я потянул за неё, вращая, и тетива самострела затренькала. Не шарманка, но вроде бы тетива натягивается при спуске раз за разом. Пока не порвалась.
– Надо бы доработать – разработать новый вид прочной тетивы, Рийом. А затем подумать, как подавать стрелы бесперебойно.
Смахнув рукавом пот, проступивший на волосатом лице, гном призадумался над очередной дилеммой заданной мной ему; сам закипел, как его жаровня с углём, раскрасневшись точно вареный рак. Даже шлем смахнул, и лишний доспех скинул, оставаясь в кольчуге.
Назад к корабельному самострелу я уже не возвращался, гномы сами выбрали стрелка. Их выбор пал на эльфов при нас, и за дело взялась Линара.
– Тебе понравиться, – заверил я её, озадачив следом дополнительно Рийома. – Не мешало бы увеличить рычаг в качестве лука, а также длину опоры для самострела. И болты довести до размера дротиков. Тогда можно обойтись без стреломёта. Но зато придётся поставить такие подвесные самострелы хотя бы ещё на носу и по обоим бортам. И чтоб вращались под определённым углом.
Гномы были готовы бросить все силы на создания моих задумок, когда идиллия для нас закончилась, толком и не начавшись.
– Хоронись! – закричал во всю глотку Гийом.
– Что стряслось? – оглянулся я на капитана.
– Пока ещё ничего, но…
Чёлн тряхнуло при ударе в днище. Нас зацепили. Но кто и чем? Стряхнув с себя труху от выломанных досок в палубе, я выглянул из отверстия в днище.– Истуканы, чтоб их!
– Древлины… – заметались по палубе "пассажиры". Да бежать некуда, и спастись всё равно никому не удастся.
– Чьи это исполины? – заинтересовали они меня. – Трилесья или…
– Стражи Мраколесья, – выдал эльф из сброда при нас.
И сказал так, будто загодя похоронил всех нас.– Мне нужен ваш волшебный камень, Гийом!
– Много?
– Мешок!
– Так не пойдёт, падший!
– Тогда приготовься к смерти! Ты с чем, предпочтёшь расстаться, Гийом: с жизнью или с мешком угля?
Прикинув быстро дивиденды, гном согласился: мешок стоит меньше его жизни и воздушного челна. Тем более что последовало очередное точное попадание в чёлн, и у нас, валуном, выломило край борта.
– Магомед!
– Да, Арол?
– И почему ты не Махмуд?
– А что? Есть разница, да?
– Сейчас и узнаем. Поджигай, Магомед.
– Вах, что, Арол? Ковчег мелкий человек, да?
– Для начала мешок с углём! А там видно будет, что сожжём, да!
Столкнув подпаленный мешок с волшебным гномьим камнем вниз, Магомед заставил его рассыпаться в воздухе.
Получилось даже лучше, чем я рассчитывал. Помимо точного попадания на древлина, швыряющего в нас каменные глыбы, сваленные подле него курганом, мы добились ещё и постановки дымовой завесы.