Шрифт:
Им, я себя и почувствовал в полной мере вместе с ними. На меня сейчас уставилась почти сотня глаз в надежде на благополучный исход. Так падать, рано или поздно, всё одно придётся вниз, как ни старайся избежать крушения. И лично для меня, экстремала-спидрайдера, лучше загнуться при падении, чем немощным инвалидом на горшке или в кресле-каталке. По мне, так лучше сразу оказаться в катафалке, чтоб долго не мучиться.
Ничего, прорвёмся, если на большие неприятности не нарвёмся, которые нам обещала армада древлинов.
На стрелы дроу уже никто не обращал внимания, и даже Линара не целилась в них.
– Приготовиться! – подал я команду.
По моему наказу на обычную станину, забитую в палубу, установили стреломёт, а напротив него – факел. Перекрестившись, я не удержался и ещё поплевал через левое плечо.
– Кажется, дождь зачинается, – заворчал недовольно Гийом – я ненароком попал на него.
М-да, было бы неплохо, если б разгулялась стихия, глядишь: и подхватила бы нас, пронеся над макушками исполинских истуканов на раз. А там, хоть катастрофа – даже на неё, и не только, был согласен.
– Огонь! – скомандовал я сам себе, едва до ближайших древлинов из авангарда, по моим прикидкам, оставалась не больше сотни трёх метров.
В полумраке Мраколесья, да ещё в сумерках, перед глазами мелькнула короткая дорожка трассеров.
Стрелы пошли кучно, и разлетелись, втыкаясь в скрипучих исполинов.– Обойму! Заснул, Магомед?
Выхватив пустую обойму из стреломёта, напарник сунул другую. Я снова повернул ручку, заводя "мясорубку" – и ещё одна короткая очередь ушла в сумрак светящейся дорожкой.
– Магомед, обойму!
– Заряжаю, Арол, да!
После третьей очереди, я не стал подгонять напарника, работающего при мне в расчёте стреломёта вторым номером, а гномы у нас с ним на подхвате, заряжая обоймы болтами; взглянул туда, где пытались затушить разгорающиеся возгорания скрипучие исполины.
– Ага, получили, чурки, да! – порадовал меня отчасти Магомед.
Кричать было рано, и привлекать к себе лишнее внимание, распалившихся древлинов, нам тоже не стоило.
Интересно, что они приготовили нам? Сомневаюсь я, что они станут швырять в нас глыбами! Тогда чем же? Чего припасли?
Ответ на данный вопрос и насторожил меня. Как вскоре выяснилось, истуканы и впрямь припасли для нас неожиданный сюрприз. Глыбами для метания им послужили…
– Энты! – вскричали эльфы.
Ясен пень: корчи, чтоб их! Гномы в отличие от нас, "пассажиров", не замешкались, пустив в ход секиры, размахивая ими по бортам, обрубая энтам корневища. Оставалось надеяться, что нам удастся отбиться от сего непотребного балласта, и энты в качестве него не пропорют нам воздушный шар своими корягами. А один и туда угодил, запутавшись в сетке – рвал её и шкуру пузыря.– Нам не отбиться, падшие! – крикнул Жийом, и прыгнул за борт.
– Жий! Нет, – зашёлся в неистовом крике Гийом.
А вот это уже интересно! – догадался я, что затеял совершить воин-вожак; прильнул к тому самому борту, с которого он сиганул вниз.
Вместо гнома на древлинов обрушился каменный аватар с секирой и молотом в руках. Жийом, или то, во что там превратился бесстрашный гном, не стал высекать гром и молнии при скрещивании оружия над головой, а обрушился с ним на армаду древлинов.
– То край! – протиснулся ко мне, сквозь толпу, капитан челна.
– Исполинам – согласен, – указал я ему на цепь от якоря, тогда как сам якорь остался у нас на борту.
Прорубаясь сквозь древлинов, Жийом тащил нас за собой на челне. И ведь разумно поступил – а кто бы мог подумать, – ибо, как я помнил: пользовался магией. А значит, скоро его заклинание иссякнет и…
– Песочник! – опомнился Гийом, наказав засечь время. Капитан точно знал, сколько действует заклинание "Мощь Гор". И едва определил: вот-вот закончится и Жийом превратится в себя обычного – дал отмашку тащить его наверх.
Нам показалось: заклинание ещё действовало. Но нет, выглянув за борт, я узрел: на гноме повисли энты, а на них ещё и древлин.
Отбиваясь от нападок дикой растительности, Жийому не сразу удалось избавиться от неё. Но когда получилось, мы враз вернули его на чёлн.
– Ну и как я вам, падшие, а? – похвалялся своим безрассудством бесстрашный гном. – Вдругоряд тащите меня чуток пораньше, иначе шибко далеко не улетим!
А уже – и долетались. В дно вцепился энт, показавшись из пробоины палубы корневищами. И за него вцепился другой, а за того третий, выстраиваясь цепочкой. Древлины оказались не такими уж истуканами и тем более чурками, как думали мы с Магомедом на них, доказав, что помимо трухи и опилок в их древесине имеются извилины. Достаточно вспомнить спилы на пнях. Так что разумом – и пускай примитивным – всё же обладали. Вот и стремились зацепить нас, образуя живую цепь из энтов, ухватившихся за чёлн и скрепляющихся меж собой.