Но ведь он мой сын!-упрямо повторил Геракл.- Разве ты не помнишь той ночи бурной любви, когда зачали мы его?

Омфала позеленела.

– - Ничего не помню и помнить не хочу!
– отрезала она.- Если что-то и было, то это было до твоего подлого побега! Ведь я тебя ждала, сколько ночей я не сомкнула глаз, сколько подушек промочила насквозь слезами?

Она неожиданно разрыдалась. Геракл с недоумением смотрел на свою госпожу, его давнюю любовницу. Была ли она сейчас искренной? Герой не мог знать этого. «Похоже, что она сейчас сама верит в то, что говорит...» - пронеслось в голове у сына Зевса.

Он сделал движение, чтобы подняться с колен.

Нет!
– истерически завопила Омфала и забралась с ногами на трон.- Не вставай! Не приближайся! Стража! Стража!!!

Вбежали встревоженные охранники.

Что случилось, госпожа?
– ; спросил старший. При этом он с угрозой посмотрел на Геракла.

Этот негодяй пытался изнасиловать меня!
– крикнула Омфала и указала на Геракла пальцем.

У сына Зевса отвисла челюсть.

Ну ты и...- выругался Геракл и поднялся с колен.- Если хочешь знать, я все это время думал о тебе! И прибежал я в опостылевший мне дворец только из-за... Из-за кого бы, ты думала?

Омфала смотрела на него красными от слез глазами, прижимая кулачки к щекам и постоянно всхлипывая. Она поняла, что этот могучий и простодушный раб любит ее и вернулся во дворец из-за своего чувства.

Однако, если бы этот вопрос поставили перед самим Гераклом в более спокойной обстановке, он бы ответил, что вернулся во дворец из-за сына. Точно так же, как и то, что думал он в походе о своем сыне, а не о его капризной матери.

Но зачем несчастной женщине знать такие несущественные мелочи! Если во всех подобных рассуждениях слово «сын» заменить словом «мать» - получится так красиво и мелодраматично!

Вот Геракл и позволил себе такую замену. Надо же было ему как-то доказать Омфале, что он настоящий человек, а она - тяжело было придумать, кто она такая для Геракла...

Рослые стражники схватили сына Зевса, и он не особенно сопротивлялся. Взгляд его постоянно был прикован к Омфале, этот взгляд сверлил царицу, проникал в самые глубокие уголки ее непонятной души, доставал до мозга костей.

Когда Геракла увели, Омфала приказала всем ввалившимся на шум потасовки покинуть зал и, когда осталась совсем одна, принялась плакать навзрыд...

* * *

С потолка подземелья капля за каплей падала вода. Капли летели спокойно, методично, за долгие годы выбив в полу уже довольно глубокую ямку.

Геракл раскрыл рот и принялся ловить капли ртом. Его мучила жажда, однако утолить ее таким образом не удавалось.

Геракл подошел к вырезанным из ракушечника ступенькам и поднялся по ним к закрытому теперь отверстию входа. Сквозь толстые плотно пригнанные одна к другой доски проникали всего несколько лучиков дневного света.

Геракл принялся колотить по доскам кулаком.

Откройте! Скажите Омфале, пусть придет сюда!

Молчание.

Принесите мне воды! Я хочу пить!

В ответ снова полное молчание.

Геракл колотил по дереву, пока не выбился из сил. После этого он опустился на ступеньки и, расслабляясь, прислонился разгоряченным лбом к прохладной шершавой стене.

«Что же делать? Что делать?» - шла в голове героя напряженная работа.

Если Омфала задумала его наказать, то это Геракла не беспокоило. Он был уверен, что сумеет одолеть любое количество стражников, сколько бы их ни сопровождало его к месту расправы.

Другое тревожило его. Зевс обязательно почувствует такой поворот событий. От его гнева Геракла уже не смогут спасти мускулы и боевое умение.

Как избежать расправы, которую задумала Омфала, и не вызвать при этом гнева Зевса - вот в чем был настоящий вопрос. «Эй, Иолая бы сюда», с тоской подумал Геракл.-Он живо придумал бы что-нибудь!»

Вдруг сверху послышались шаги. Два человека остановились над самой головой Геракла-

Только недолго!
– сказал незнакомый Гераклу глухой голос.- По приказу царицы мы вообще не должны никого пускать к нему!

По приказу Омфалы вы и пить на службе не должны!
– возразил другой, звонкий и чуть веселый голос, который сразу же вызвал у Геракла легкое головокружение и страшную радость.

«Иолай!» - пронеслась догадка-

Наверху раздалось тихое 6ульканье и голос Иолая произнес:

– Можешь не проверять -я не обману.

После этого Геракл услышал шумный глоток, удовлетворенный возглас и удаляющиеся шаги, один из беседовавших удалился.

Рука оставшегося схватилась за железное кольцо, вделанное в доски, и потянула крышку на себя.