Доктор решил не выкрутасничать, а сразу поднял руки вверх и сдался. Нас даже не стали заковывать, а тихо вывели и проводили до какой-то машины.

Там усадили и так же, молча, повезли. Я почему-то особенно не боялась, доктор тоже не нервничал. Нас высадили в каком-то дворе, безмолвно ввели в дверь, посадили в лифт, который поехал вниз. Мы вышли очень быстро в какой-то подвал, там нас оставили комнате без окон, зеркал, видеокамер и прочих приспособлений. Только три стула и стол.

–  Доктор, я… - начала я.

Но ван Чех вдруг сделал страшное лицо и засмеялся, а сам под столом делал мне пальцами знаки, чтобы я не разговаривала.

Вошел человек в коричневом костюме, в руках его была папка. Он сел пред нами и положил папку на край стола.

–  Итак, - начал человек, осматривая нас бесстрастными светлыми глазами, - ваши имена.

–  Брижит Краус дер Сольц.

–  Доктор психиатрии, Вальдемар Октео ван Чех, - с достоинством представился доктор, и по лицу его опять проскочила гримаса.

Человек странно смерил доктора взглядом.

–  Что вы делали в разрушенном вагоне?
– спросил меня человек в костюме.

–  Мы… мы… - я понимала, что смотреть на доктора бессмысленно, он постоянно строил разные рожи человеку, - Я не знаю, как вам объяснить… Этот человек мой пациент…

–  В смысле?
– не понял человек.

–  Я врач-психиатр, а этот человек мой пациент.

–  То есть он не дееспособен?
– уточнил человек.

Тут доктор вскочил со своего места, стул за ним упал. Ван Чех пробежался, отчаянно жужжа, по кабинету.

–  Да, - коротко сказала я и стала утихомиривать доктора, поведение которого для меня было не объяснимо.

–  То есть адекватно отвечать на вопросы он не может?
– спросил у меня человек. Я усаживала доктора обратно на стул.

–  Могу, - вдруг с достоинством ответил доктор.

–  И что вы делали в вагоне?

Доктор подробно со всеми деталями выложил все про слизь, червяка, ножницы, умолчал только про себя, свою семью и то, что видел перед тем, как убежать.

Человек слушал, на его лице был налет недоумения смешанного со скепсисом. Доктор рассказывал спокойно, словно все это было само-собой разумеющимся фактом.

–  Но вот оперативный рапорт, - сказал человек, дослушав доктора, - В нем говорится, что в вагоне не нашли ничего, кроме людских тел. Вряд ли вы двое могли сотворить такое… Это ясно, как день, что там орудовала целая банда, но не видели ли вы чего-нибудь там…

–  Нет, я не видела, - сказала я.

–  Я говорю вам, милейший, это сделал червь с ножницами!
– патетически взвыл ван Чех.

Человек не дал себе труда даже посмотреть в сторону доктора.

–  Итак, расскажите с самого начала, что произошло, - обратился ко мне человек.

Я вдохнула и выдохнула, и начала самозабвенно врать.

–  Нашу больницу распустили, согласно постановлению, но у меня еще несколько больных, которые слишком тяжелы, для того чтобы я их бросала. Я поехала проведать Виктора, его зовут Виктор… И встретила случайно в метро: он махал руками, кричал, что червь придет и всех убьет. Он бредит этим червем, - доктор до этого пристально смотревший в стол, описав рукой дугу, шлепнул ладонью о папку. Мы с человеком подскочили.

Доктор поднял пальцы сложенные щепотью и доложил:

–  Чертенка поймал!

–  Умница, - я погладила ван Чеха по голове, - Так вот, - продолжала я, - Я решила отвезти его домой, пока он не натворил дел. Мы сели в поезд, но на выезде из тоннеля поезд остановился, сказали, что будет эвакуация. Нас вывели из поезда. Когда мы вышли из тоннеля, Виктор вырвался от меня и побежал к вагону. Я побежала за ним. Он долго стоял там, обходил что-то огромное, говорил, что червь мертв и больше никому не сделает ничего плохого.

–  Вы видели этого "червя"?

–  Нет, - не моргнув, ответила я, - только трупы. Там никому уже нельзя было помочь. Я никак не могла увести его оттуда. Потом появились ваши люди, они стали стрелять, Виктор испугался и побежал, я естественно побежала за ним. Я догнала его уже у гаражей, когда он взломал замок… нам было страшно, поэтому мы не выходили. Ваши люди стреляли нам в спину, я думала, нас убьют.

–  Это вы напрасно, - улыбнулся человек. Нужно отметить улыбка у него была мерзкая, - Я бы попросил вас какое-то время не покидать город. Кстати, почему он назвался доктором психиатрии, как его там?..