— Два профессионала! — заявила Светлана и пошла будить Олега.

— А я что буду делать? — с легким разочарованием спросила Елена, которой вчера очень понравилось упражняться на турнике вдвоем с мужем.

— А ты, Маргарита, — придав голосу строгость, приказал резидент своему соблазнительному агенту, — отправишься на сторожевой корабль и передашь командиру инструкции по передислокации! Слушай внимательно…

Проинструктировав свою единственную, а потому, безусловно, лучшую помощницу, Илья потребовал повторить задание слово в слово и с удовольствием убедился в том, что его жена обладает неплохой оперативной памятью.

— Разрешите выполнять? — «прищелкнула» босыми пятками Елена и, получив «добро», бегом устремилась к причалу.

Мастер посмотрел вслед своей Маргарите, летящей на задание в чисто символическом одеянии, подумал, что напрасно не разъяснил ей некоторые специальные термины, пожал плечами и отправился на кухню за ножами.

Разбежавшись и с силой оттолкнувшись от досок настила, Елена взмыла в воздух, погрузилась в воду и, вынырнув метрах в десяти от пирса, устремилась к катеру.

— Товарищи офицеры!.. — прозвучал голос командира экипажа, и трое мужчин, выбравшихся на палубу в плавках в предвкушении жаркого дня, бросились в каюту одеваться.

Доплыв до катера, Елена подняла голову вверх, улыбнулась и стала подниматься по штормтрапу, любезно сброшенному экипажем.

— Прошу на борт, Елена Андреевна! — радушно произнес капитан Леонид Пржевальский, с гордостью носивший оперативный псевдоним «Конь», и протянув руку улыбающейся красавице, помог ей подняться на борт.

По мере возникновения Богини из "пены морской" глаза капитана Пржевальского постепенно расширялись, пока не достигли размерами глаз одноименной лошади. Когда Елена, примерно в том же одеянии, что и новорожденная Венера, ступила на палубу, капитан с беспокойством обернулся к своим подчиненным.

Лейтенанты Дмитрий Вишневский и Тимур Гиятулин делали вид, что с увлечением рассматривают палубу.

— Здравствуйте, товарищи офицеры! — с трудом скрывая смущение, поздоровалась с экипажем Елена.

— Здравия желаем, Елена Андреевна! — вскинув головы, рявкнули оперативники, глядя на доверенную их попечению морскую Богиню восторженными глазами.

— Илья, — прекратив счищать с рекордного судака чешую и приставив ладонь ко лбу, удивленно воскликнул Олег, — Ленка там что, голая, что ли?!

— Одетая, — улыбнулся его неподражаемый зять, взглянув на стоящую к ним спиной жену и вытянувшихся перед нею "во фрунт" офицеров.

— Ты уверен? — засомневался Олег, силясь рассмотреть на своей сестре хоть что-то, отдаленно напоминающее одежду.

— Абсолютно! — заверил своего шурина Илья. — Она закутана в мужскую порядочность и такт. В такую жару этого более чем достаточно!

— Гиятулин, полотенце! — скомандовал капитан Пржевальский, и Тимура, будто ветром, сдуло с палубы.

Через пару секунд лейтенант с грохотом скатился по трапу в каюту. Еще через одно мгновение он выскочил на бак с большим мохнатым полотенцем и, глядя куда-то в сторону, протянул его Елене.

— Благодарю вас, — вежливо поблагодарила она офицера и, стараясь не проявлять торопливости, обмоталась полотенцем, стянув на груди узел.

Пунцовая краска стала постепенно сходить с ее лица. С того момента как Елена ступила на палубу, она изо всех сил пыталась сохранять невозмутимость, но ощущала себя, как голая ведьма на Лысой горе, к которой вместо чертей и таких же растленных ведьм, как и она сама, слетелись вдруг ангелы с небес.

Ангелы-хранители, переведя дух, обступили Елену и стали бить ей челом на ее вероломного мужа.

— Лена, — первым по праву старшего начал жаловаться Конь, — разве так можно?! В кои-то веки перекрыли рекорд по Управлению…

— Я лично перекрыл! — поторопился сообщить Дмитрий.

— А я помогал! — тут же добавил Тимур.

— Девятнадцать с половиной килограммов! — продолжил возмущаться капитан. — Последний рекорд по судакам установили двадцать лет назад — всего-то шестнадцать килограммов!

— Генерал поймал! — многозначительно заметил Вишневский, вспомнив пожелтевшую фотографию Одинцова, тогда еще старшего лейтенанта, с рекордной добычей на стенде в "Уголке рыболова", пользующегося у офицеров Управления непреходящей популярностью.