Офицеры поняли, что присланная Васильевым дополнительная оперативная группа вступила в бой с боевиками, прорывающимися из соседнего дома, откуда был произведен выстрел из гранатомета.

Гнедич оказывал первую помощь раненому офицеру, тот все еще был без сознания, но ранение было не смертельным.

— Оставайся с ним, — приказал Илья. — Машина у подъезда, — обратился он к Бокаловым и Борису, — возможно повторное нападение, но нас прикрывают. Быстро вниз!

Остановившись перед выходом из подъезда, Илья предупредил «витязей», ударом ноги распахнул дверь и выскочил на улицу первым, быстро поводя в стороны стволом «беретты». Пригнувшись за капотом, «витязь-1» держал под прицелом «Аграна» прилегающую территорию, «витязя-2» не было видно.

Первым, как было оговорено заранее, в машину на заднее сиденье проскочил Сергей Николаевич, потом — Лидия. Борис Незалежный забросил им на колени сумки с вещами, сел на переднее пассажирское сиденье и захлопнул дверцу.

Стрельба с другой стороны дома прекратилась.

Последней, держась за спиной Ильи, быстро вышла Ирина, и тут же произошло то, чего опасался разведчик: из машины, на которую обратил внимание «витязь-2», выскочила "влюбленная парочка" с автоматами.

Первым среагировал Илья, послав из «беретты» пулю в лоб боевику в женском парике. Откуда-то сбоку трижды выстрелил из пистолета «витязь-2» и второй боевик рухнул рядом с машиной. Ни тот, ни другой не успели сделать ни единого выстрела.

Ирина села на заднее сиденье к родителям, Илья захлопнул за ней дверцу, обежал машину и прыгнул за руль.

Автомобиль рванул с места.

Мардан Мамедов, прикованный наручниками к трубе парового отопления в кухне собственной квартиры, заискивающе смотрел на огромного, устрашающей внешности мужчину и не решался прямо взглянуть на его напарника. В игре в «плохого» и «хорошего» следователя, которую уже пару минут вели оперативники с агентом Меченого, Кролик был «хорошим».

— Смотри мне в глаза Мардан, — негромко и страшно произнес подполковник Васильев, сидящий на стуле рядом с Мамедовым.

Пересилив себя, агент поднял голову и с ужасом взглянул на возвышающегося над ним человека, в глазах которого ясно читался смертный приговор.

— Ты готов отвечать на вопросы? — спросил подполковник. — Отвечать быстро и искренне?

Агент был бы рад ответить на любые вопросы, но его сковал ужас: слишком страшен был обращенный к нему взгляд. Подполковнику Васильеву, два офицера которого погибли несколько минут назад, не составляло никакого труда изображать в глазах неотвратимую угрозу.

— Может быть, ему нужен адвокат? — заботливо спросил Пятистенный и взял со стола большой кухонный нож. — Тебе нужен адвокат, Мардан? — задал он вопрос агенту, аккуратно срезая одну за другой пуговицы с его рубашки.

— Нет!!! — обрел, наконец, дар речи Мамедов. — Я буду говорить!

— Быстро и искренне? — не смягчая взгляда, уточнил подполковник.

— Да, быстро скажу, правду скажу! — зачастил агент, с надеждой глядя на Кролика: этот огромный человек, деловито срезающий пуговицы с его рубашки кухонным ножом, по сравнению со своим напарником казался ему воплощением кротости.

Васильев, не спуская глаз с лица Мамедова, ровным голосом начал задавать вопросы, фиксируя его вазомоторные реакции. Мардан отвечал, цепляясь взглядом за Пятистенного, как за соломинку.

— Численность боевой группы Расстрела?

— С ним самим — пятнадцать.

— Сколько боевых групп Меченого находятся в городе?

— Я знаю о двух.

— Включая группу Расстрела?

— Да.

— Что из себя представляет вторая группа и где она находится?

— Не знаю.

— В глаза смотреть!!!

— Мамой клянусь, не знаю!!! С боевиками работал Меченый, он привел меня к Расстрелу после того, как ему сломали руку в ресторане. Расстрел должен похитить ученого, вторая группа — в резерве.

— Кто такой Форвард? — спросил подполковник, еще более внимательно всматриваясь в лицо агента.

— Форвард?.. — Мамедов настолько растерялся, что даже осмелился взглянуть на Васильева. — Нападающий…, - пробормотал он неуверенно, — в футболе.

— Кто такой Султан?

— Король…, царь…, - проговорил совершенно сбитый с толку Мардан. — Президент! — поправился он, вспомнив, что именно так называют русские своего самого главного начальника.

— Зачем Меченому понадобилось убивать девушку?

— Не знаю! — в сердцах выкрикнул Мамедов, мысленно проклиная своего шефа за то, что тот втянул его в исполнение заказного убийства. И кого?! Какой-то студентки!

— Как ты должен принять информацию об исполнении заказа?

— Позвонить Расстрелу в двадцать три часа.

— Если произойдет сбой, как ты об этом узнаешь?

— Никак, до двадцати трех — никак. Мой номер знает только Меченый.

— Что ты должен сделать после звонка Расстрелу?