Шрифт:
Тук внимательно посмотрел на командора, но ответил без колебаний:
– Четыреста процентов, сэр. Но это очень рискованно.
– Я знаю, лейтенант, - ответил командор, задумавшись над схемой на мониторе.
– Продолжайте набор мощности главных орудий со всевозможной скоростью.
– Слушаюсь, сэр.
Вокруг "Гетмана Хмельницкого" тем временем забурлил ад: сотни космолетов кружились в смертоносном танце, по ним били залп за залпом турель-батареи, защитное поле вспыхивало всеми цветами радуги в местах попадания плазменных зарядов и ракет. Земные и килрачские крейсера отходили все дальше и дальше от аванпоста и двигающейся к ней боевой базы, обмениваясь ливнем выстрелов.
– Каковы наши потери?
– обратился Фарбах к стоящему рядом Джонсону.
– Восемь истребителей сбито, три получили серьезные повреждения и вернулись назад. У "Молоха" повреждены двигатели, "Авангард" держится. Килрачи потеряли около двадцати истребителей, один из их крейсеров почти полностью выведен из строя.
– Командор, мощность главного орудия достигла двухсот пятидесяти процентов, - они услышали голос Тука.
– Продолжайте набор мощности, - отрывисто скомандовал Фарбах, не поворачиваясь. Тем временем "Гетман Хмельницкий" начал подрагивать какой-то странной дрожью, словно некто тихонько толкал его вперед-назад.
– Что это такое?
– Джонсон посмотрел на дежурного.
– Аккумуляторы не справляются с накопленной энергии. Часть ее вытекает просто в космос.
– Командор?..
– Продолжать набор мощности, - процедил Фарбах сквозь зубы.
– Лейтенант, предельная мощность - четыреста процентов?
– Так точно, командор, - ответил Тук, следя за индикаторами энергии.
– Набрана мощность двести восемьдесят процентов. Цель будет в зоне огня через двадцать секунд.
– Что будет, если мы превысим предел вместимости аккумуляторов?
– Моментальная гибель базы. Аккумуляторы не выдержат накопленного запаса, разрушаться сдерживающие контуры, и начнется неуправляемая термоядерная реакция мощностью в двести пятьдесят мегатонн.
– Набрана мощность триста двадцать процентов. Цель будет в зоне огня через двенадцать секунд…
Теперь база уже не подрагивала - лихорадочная дрожь едва давала людям удержаться на ногах. Мигали лампы, то начиная светить ослепительным светом, то погасая до едва видимого мерцания; по всем, без исключения, дисплеям пошли помехи; наружный корпус окутала сеть голубоватых разрядов.
– Мощность триста шестьдесят процентов, - в голосе Тука впервые появился страх.
– Командор, мы теряем контроль за аккумуляторами!..
Заревели сирены, сообщая о критическом перенапряжении систем, толчки швыряли людей на пол, базу колотило как крысу в зубах терьера. И среди этого хаоса, наконец, донесся голос помощника Тука:
– Цель в зоне огня. Мы можем стрелять, командор!
– Огонь!
– перекрывая шум, проревел Фарбах.
За обзорными экранами всплыл исполинский, гораздо более мощный, чем выпущенный Аа'асиай, шар антиматерии. Всплыл и рванулся точно в центр вражьего аванпоста, раскинув во все стороны извивающиеся протуберанцы слепящего белого пламени.
– Противник пытается совершить маневр уклонения, - прокомментировал навигатор.
– Пять секунд до поражения, четыре… три… две… одна… попали, попали!!!
Его торжествующий вопль слился с криком его соседа:
– Аа'асиай выстрелил. Заряд приближается с а-семь, курс сорок - двадцать два, скорость - четыреста пять.
– Начать маневр уклонения: а-десять, курс - триста - пятнадцать!
Вся мощность на двигатели!
– в последний миг перед гибелью Аа'асиай успел выстрелить в ответ! Ухватившись за стойку, командор почувствовал, как тело наливается свинцом - немыслимый поворот резко увеличил гравитационное поле.
– Маневр недостаточен!
– закричал навигатор, что предупредил о выстреле.
– Мы по-прежнему на траектории поражения. Шесть секунд до удара!
Глянув на схему, Фарбах понял, что на сей раз, уйти им не удастся - слишком близко был шар антиматерии. Оставалось только молиться, чтобы выдержало поле…
– Защитное поле на максимум!
– надрывая голос, проревел он.
– Всю энергию на защитное поле!
– Есть всю энергию на защитное поле…
– Держитесь, держитесь!!!
– истошно завопил кто-то из навигаторов. И прежде, чем командор смог разобрать, кто это был, в "Гетман Хмельницкий" попало по-настоящему!
Чудовищный рывок оторвал Фарбаха от поручня и швырнул назад. Рубка слилась в его глазах в беснующийся калейдоскоп, в ушах ревело, секунды растянулись на часы! Вдруг ноги зацепились в полете за что-то, и Фарбах, перевернувшись в воздухе, ударился головой об пол.
Тысячи звезд приняли его в свои объятия, увлекая в пропасть.
Глава 8.
Система Хоган, Порт-сити, где-то в южной части города.
2384.24.4, 8:11.
Жанна полагала, что встреча произойдет не раньше, чем в Порт-сити наступит вечер. Однако, по словам Джона, встречающая сторона времени тратить не желала и все было назначено на девять утра.