По губам гостя ползёт злая улыбка.

– И откуда ты, Чертёнок?!
– я рад ему, такие люди мне сейчас очень нужны.

Такие, которым я верю, как самому себе.

– Из-под Тамбова. Степан Харитонов остался - ещё воюет по засекам, Микифор тяжело вздохнул.
– Холодно, - он покосился на печь и скинул на пол тулуп.
– Крестьяне устали и запуганы, не хотят больше воевать, разбегаются по домам, - он махнул рукой, сам налил себе чарку, выпил.
– Не научились они воевать. Туда бы тысячу казачков - навели бы шороху! Крестьяне же с вилами и дубьём. Воюют они, не жалея себя, но бестолково - для воевод они не сила, а малая помеха.

– Но воюют?

– Пока воюют.

– Придёт весна, и двинем мы, Чертёнок, по новой - выведем всех бояр, объявим народу волю!

– Весной крестьяне не пойдут.

– Татары поднимутся, калмыки, мордва, марийцы, донцов подниму. Сейчас силу в Царицыне коплю - там Фрол с Шумливым заправляют. Так что люди будут.

– Это хорошо - бояре здорово крови нашей попили. Счёт к ним был большой, а стал ещё больше. Я к тебе едва пробрался, - Чертёнок зевнул. Всё мечтал отогреться, отоспаться, отдохнуть до весны, - он тихо рассмеялся невесёлым смехом и вцепился руками в чёрные, смоляные кудри.
– В Арзамасе лютует Долгорукий, город залит кровью. По всему Арзамасу виселицы стоят, повешенные гроздьями висят по сорок - пятьдесят человек. Говорят, что всего казнили до одиннадцати тысяч.

Я налил ему чарку:

– Пей, Микифор.

На голове тревожно запульсировала симбирская рана. Я стиснул виски пальцами.

– Ничего, Микифор - весной... Придёт весна и как только сойдёт снег, мы за всё поквитаемся с Долгоруким, Барятинским и другими.

– Поквитаемся, - согласился начавший хмелеть Чертёнок: - В Галичском уезде ведёт сыск воевода Семён Нестеров, в нижегородском - Бухвостов. Перехватил его отписку в Москву - страшное пишет, сволочь!
– Чертёнок грохнул кулаком по столу и беспокойно посмотрел на меня.

– Мы ещё живы - есть кому начинать дело!
– я хлопнул есаула по плечу. Вот придёт весна.., - я посмотрел на окно - на улице начинала завывать вьюга.

– Да, придёт весна.., - задумчиво отозвался Чертёнок.
– Может и Харитонов вслед за мной объявится - тяжело сейчас воевать... Знаешь, теперь даже не вериться, что мы когда-то гуляли по Персии. Славные, батька, были времена!

– Ещё славнее будут - вот сделаю тебя воеводой Москвы!

Чертёнок рассмеялся:

– За то и выпить не грех!

Я налил чарки:

– Как думаешь, Микифор - выстоим до весны?

– Выстоим, батька - не так просто отнять у крестьян волю, когда они её на вкус попробовали. Знают теперь свою силу.

– И я так думаю.

Ударили чарками, выпили. Вьюга за окном всё усиливалась - я услышал, как охранник вошёл в сени.

– Гей, казак - иди, выпей чарку!

В горницу вошёл замёрзший, высокий, широкоплечий казак в запорошенном снегом тулупе. Мохнатая шапка была надвинута на самые брови.

– Видишь, какие у меня молодцы?!
– я протянул казаку полную чарку.

– Вижу.
– Чертёнок кивнул кудрявой головой.
– Хороший казак.

– Благодарствую, атаман!
– поклонился казак и ловко опрокинул чарку себе в рот.

– Ай да казак! Каков питок!
– рассмеялся Чертёнок.
– Налей ему ещё одну, батька!

– Пусть выпьет, - я подал стражнику вторую чарку.

– Благодарствую, атаман, - повторил казак и так же лихо выпил.

– Теперь хватит, - сказал я.

– Благодарствую, атаман!
– громко произнёс казак в третий раз и вышел в сени.

– Хорош казак!
– повторил Чертёнок. А знаешь, батька, какой у свободы вкус?

– Знаю - у неё вкус крови!
– я посмотрел Чертёнку в глаза - немало они увидели, узнали и впитали в себя, как земля впитывает воду, раз спросил про такое.
– Ничего, Микифор, поднимемся - за нами Астрахань, Царицын, Дон, - я не успокаивал его и, тем паче, себя - говорил то, что есть и даже не мог подумать о поражении.

Никто о нём не думал, просто после затяжной войны и зимнего безделья в наши сердца прокралась усталость и желание поскорее всё закончить. Может быть, Харитонов поэтому не спешил покинуть тамбовские леса - верил, что скоро придёт с несметной силой батька-атаман, сметёт с пути бояр, дворян и воевод и откроет путь на Москву.

– Что мне делать, атаман?

– Ты же устал?!

– Что мне делать?

– Отдохнёшь и поедешь на Хопёр собирать запорожцев. Вернёшься и покончим с домовитыми, чтобы Дон стал полностью нашим.