Шрифт:
— Игла? — Стук в дверь заставил Иглу подпрыгнуть от испуга. Голос Дара мурашками пробежал по коже. — Всё в порядке? Мне показалось, я слышал крик.
Игла оглянулась, не зная, что ответить. Светозар встал между ней и дверью.
— Это он, — то ли спросил, то ли нет он. А потом, прочитав что-то на лице Иглы, промрачнел. — Это он. — Светоза развернулся к двери. — Это его сердце.
— Игла? Ты не одна? Я слышу чей-то голос. С тобой всё хорошо? — голос Дара стал громче. — Ответь. Игла.
Светозар зарычал и направился к двери. Игла дрожала, не понимая, что делать. В голове отчего-то стало совершенно пусто, тело оцепенело, коробочка в руках задрожала.
— Игла, я вхожу. — Дар так и не дождался ответа. Дверь распахнулась, и Игла одним быстрым движением захлопнула коробочку. Светозар исчез. Дар влетел в комнату. Его взгляд метался по спальне в поисках врагов, но не находил никого, кроме дрожащей всем телом Иглы. Ласка забежала в комнату следом.
— Что случилось? Мы слышали, как ты кричала.
Игла молчала.
— Ты в порядке? — спросил Дар, внимательно глядя на неё, пытаясь разглядеть несуществующие раны.
— Д-да, просто... сон дурной, — пробормотала Игла, сжимая коробочку так сильно, что побелели пальцы.
— Ты стоя спишь? — подняла брови Ласка.
— Нет, я... — Игла не понимала, почему и зачем врёт. Сердце всё никак не хотело успокаиваться, воздух с трудом пробивался в лёгкие. — Я проснулась, испугалась и встала... Я...
Дар оказался рядом так быстро, что она даже не успела заметить, как он двигался. Коснулся прохладной ладонью её владного лба. Брови его тут же сошлись на переносице.
— Ты вся горишь. Заболела.
— Нет, я...
— Хватит на всё отвечать «нет», — покачал головой Дар.
— Нет.
Дар закатил глаза, подхватил её на руки и уложил в постель. Попытался забрать коробочку у неё из рук, но Игла не позволила, прижала её к груди, будто сокровище. Настаивать Дар не стал, накрыл Иглу одеялом.
— Я заварю тебе малиновый отвар, он поможет справиться с жаром.
— Не нужно.
— Молю, Игла, прекрати перечить. Ты заболела, хочешь помереть в самый разгар путешествия?
— Нет.
— Ну, хоть одно «нет» к месту, — улыбнулся Дар, подоткнул одеяло. — Отдыхай. Я скоро вернусь.
Он вышел из комнаты. Ласка проводила его задумчивым взглядом, а потом повернулась к Игле. Помявшись несколько мгновений, она достала из косы гребень и положила его на краешек кровати.
— Вот, — сказала она. — Сегодня он тебе нужнее.
— Не стоит...
Ласка покачала головой и улыбнулась.
— Если что зови. Мы рядом.
Игла кивнула, и Ласка выбежала из спальни, тихо прикрыв за собой дверь.
Тишина наполнила комнату, лучина у стола догорела и погасла, уступив место ночной тьме.
— Светозар? — почти беззвучно позвала Игла.
Никто не ответил.
Глава 20
Игла пролежала в лихорадке три дня. Ей снились беспокойные, вязкие и темные, как болотные воды, сны. Простыни и ночная сорочка намокали от пота так быстро, что Ласка не успевала их менять. Дар приносил еду, но Игла не находила сил поесть, и Дару приходилось уговаривать её и кормить с ложки. Игла ворчала, недовольная его приставучестью, но всё же съедала ложку-другую под пристальным взглядом золотых глаз. Вздрагивала, когда его прохладная рука ложилась на разгорячённый лоб и с облегчением вздыхала, когда по телу пробегала его невесомая, лёгкая как вуаль и нежная, как весенний ветерок, магия, которая ненадолго уносила вслед за собой жар, позволяя Игле заснуть.
На четвёртую ночь лихорадка притупилась, вернув ясность сознания. Игла лежала на кровати и поглаживала серебряную куколку, в тело которой намертво вросло её кольцо. Светозар лежал напротив и наблюдал за ней.
— Что ты помнишь? — тихо спросила Игла.
— Помню ли я, как умер? — каждый раз, когда Светозар говорил, по коже у Иглы шли мурашки, она всё ещё не могла поверить, что спустя год вновь слышит его голос.
— И то, что было после.
Светозар протяжно вздохнул. Странное движение, учитывая, что дышать он больше не мог. Перед Иглой «лежал» бесплотный дух, пустой, невесомый — постель под ним не проминалась, а от тела не исходило привычного тепла. Но выглядел он... совсем как живой, разве что чуть бледнее обычного.
— Смутно, — наконец ответил Светозар. — В основном было темно, но не всегда. Я чувствовал... злость, печаль, обиду. Иногда видел мир, но урывками, и как будто твоими глазами... — Он поморщился, будто увиденное ему совсем не нравилось. — И это было... похоже на сны. Знаешь, когда ты не можешь ничего сделать, бежишь на месте, или пытаешься закричать, но ничего не получается?
Игла кивнула и прижала куклу к груди.
— Прости, — прошептала она. — Я не хотела, чтобы так вышло...
— Но сейчас всё иначе! — Светозар сел и уставился на свои руки. — Не знаю, что ты сделала, но я как будто наконец проснулся.