Усадив предпоследнего рептилоида, я освободил его от верёвки. И сразу сказал:

— Чтоб ты всё понял правильно: я буду задавать вопросы. Если ответишь — уйдёшь живым. Вместе с товарищем. Если нет… — я вновь улыбнулся, но только слегка.

Чтоб не шокировать слабонервную публику.

— Спрашивай, — с заметным кавказским акцентом сказал оборотень.

— Какова ваша вторая сущность?

Я понял свою ошибку: вопрос «кто» имеет слишком много коннотаций. Надо быть более конкретным.

Вспоминай, как это было в Сирии, мон шер ами.

И меня вновь накрыло.

Чёрные, под кустистыми бровями глаза. С яркими синеватыми белками, с булавочными проколами зрачков… Выше них — белоснежная чалма, ниже — чёрная беспросветная борода. Из-под которой в меня летят проклятья на арабском.

К несчастью, нынешний допрашиваемый обладал схожей внешностью. Скорее всего, это и послужило триггером для пробуждения… Впрочем, сейчас это совсем не важно.

— Итак?.. — подтолкнул я.

Мужчина сморщился, отвернулся, но потом нехотя буркнул:

— Ящерицы.

Я моргнул.

Признаться, ожидал я чего угодно: крокодилов, аллигаторов, комодских драконов…

Включи мозг, мон шер ами, — сказал голос Алекса в моей голове, снисходительный и усталый. — Ну откуда в Краснодаре комодские драконы?..

— Рептилии, — медленно произнёс я. — Кто бы мог подумать?

— Я — скальная ящерица, — пояснил мужик. И кивнул на соседа. Живого. — Вот он — желтопузык. А этот…

— В гелленде был водитель, — перебил я. — С такими чёрными жучками…

— Гадюка, — сплюнул мужик. — Нэ наш он, пришлый.

— Господи, — прошептал я. — Вы же не хищники. Не бойцы. Так какого… вы полезли на рожон? Зачем приехали в Питер?

Мужик отвёл взгляд. Отвернулся, под глазом его задёргалась жилка.

Ясно.

— Вас вытеснили, — сказал я вслух. — Ваш товарищ, там, в геленде, сказал, что в Краснодаре — жопа. Теперь понятно, что он имел в виду. Кто вас выгнал?

— Ласки.

А, ну всё ясно, — я поднялся, с удовольствием распрямив затёкшие ноги, потянулся…

— Хищные грызуны — естественные враги всяких ящериц и змей. Вы просто не можете с ними конкурировать — не тот уровень. Но… Питер?

— У нас нэ было выбора, — угрюмо и обречённо поведал пленник. — Нам сказалы, еслы мы вас зачистим — получым защиту и мэсто в городэ. Сможем свой рынок открыть.

Убить двух зайцев, — подумал я. — Тот, кто их послал, знал, что ребята — никакие не бойцы. Он решил таким образом от них избавиться. А заодно — проредить нашу грядочку. Если повезёт.

— Предлагаю сделку, — сказал я, ещё только додумывая эту мысль. — Вы рассказываете, кто обещал вас крышевать и помогаете его найти. А мы постараемся вам помочь.

Рано или поздно всё устаканится. Если приложить усилия, конечно.

— Я нэ могу, — когда мужик волновался, акцент становился ещё заметней. — Он…

— Дай угадаю, — я вновь сел на корточки. — «Он» взял заложников, — пленник кивнул. — И сказал, что убьёт их, если вы не будете слушаться, — пленник вновь наклонил голову. — Но ты же понимаешь: заложников он убьёт в любом случае. Он просто таскает жар из костра чужими руками.

— Его отэц, — он кивнул на соседа. — Моя дэвушка. Его брат, — он указал глазами на того, кто помер от страха… По сердцу резанул коготь сожаления. — Думаэшь, у нас был выбор?

Внезапно я почувствовал слабость.

Бросило в пот, в висках застучали молотки. Чёрные такие. Как у психиатров…

Плюхнувшись на задницу, я скрестил ноги. А потом вытер пот со лба. Проследив за взглядом пленника, посмотрел на свою ладонь. Пот был кровавым.

Я вытер ладонь о джинсы — всё равно выбрасывать. И сказал:

— Мы его остановим. Я знаю, ты мне не веришь. Но тот, кто вас послал — сам пришлый. По идее, за пропиской вы должны были явиться к НАМ. К моему шефу, официальному члену Совета, дознавателю класса «Архангел». И в принципе, проблем я не вижу: вы — не хищники, вам не нужна своя, чётко очерченная территория. К тому же, вы могли бы принести пользу городу. Развитие торговли, приток новых продуктов…

— Мы ошиблись, — сказал пленник. — Но уже ничего не измэнить.

— Выход есть всегда, — увереннее, чем думал, произнёс я. — Расскажи об этом «решале». И я даю слово: мы с шефом сделаем всё для того, чтобы заложники остались живы.