— Звучит как-то несправедливо, — сказала слегка сбитая с толку Кирай.

— Вообще, у Духа нет понятия “справедливости”, он же не является разумным существом. Он скорее что-то абстрактное, абсолютное. Во всяком случае, так считают хранители.

— А я считаю, что вы, хранители, забавные, — хмыкнула вампир.

— Я рад, — он улыбнулся. — Люблю тех, кто не воспринимает все слишком серьезно.

— Вы вылечили Марка солнечной водой? Это какая-то магия? — внезапно заинтересовавшись, спросила она.

— Нет, хранители не маги, просто обычные люди со знаком на скуле. Не думаю, что тебе интересно, как именно работает солнечная вода с такими ранами… Кстати, твой компаньон — лекарь-травник?

— Ага. Говорит, что довольно неплохой, но у меня не было шансов это проверить.

— Он выглядит как добрый человек, — заметил хранитель.

— Я не собираюсь делать ему ничего плохого. Только то, что оговорено контрактом, — скрестив руки на груди, с некоторой обидой сказала Кирай.

— Пусть так. У меня нет причин не верить в это. Но я прекрасно понимаю, откуда эти раны. Было бы неплохо, если бы вы старались очищать оружие, иначе то, что было с его рукой, будет повторяться, — серьезно сказал он.

Кирай кивнула.

Они еще немного посидели, после чего девушка также отправилась спать: все же она практически не смыкала глаз уже две ночи. Конечно, вампиры могут не спать и большее время, но упускать возможность отдохнуть было бы неправильно.

Матвей разбудил Марка утром и сразу же проверил его руку. Она выглядела гораздо лучше, но все равно хранитель снова обработал и перевязал рану.

После этого они спустились вниз, где на столе уже стоял сытный завтрак. Пока Марк ел, Матвей куда-то ненадолго отлучился, но вскоре вернулся:

— Я написал рецепт мази. И, вот еще, — он протянул Марку несколько маленьких пузырьков с солнечной водой.

— Ох, спасибо… — Марк бережно взял их и начал убирать в сумку.

— Кстати, если ты не знал, они очень эффективны против вампиров, — внимательно посмотрев на него, сказал Матвей. — Поэтому твой компаньон не обрадуется, если узнает, что они у тебя.

— Тогда мне лучше будет не брать их без разрешения… — Марк с сожалением начал выкладывать пузырьки назад.

— Меня кто-то звал? — в двери показалась вампир.

— Кирай, доброе утро, — Марк улыбнулся ей. — Ты не будешь против, если я возьму немного солнечной воды у Матвея?

Парень показал ей пузырьки. Хранитель обернулся и с интересом посмотрел на нее.

— Главное постарайся не использовать ее против меня, — немного недовольно сказала она. — Пойдем, мы итак уже принесли им много хлопот.

Они быстро собрались и вскоре, полные сил, уже шагали по тропе дальше. Матвей стоял на крыльце, и, когда их спины совсем скрыли деревья, задумчиво сказал в никуда:

— Надо же, как интересно вышло…

“Справедливости не существует, не так ли?”…

…Это случилось давно — с войны минул какой-то десяток лет. У самых гор, на севере, стояла забытая всеми деревушка, невесть кем и невесть когда названная Блэквилл.

Зима в тот год была особенно холодной, но жителям тех мест было не привыкать: природа всегда была к ним сурова.

Деревушка была совершенно обычной, если не учитывать небольшое поселение вампиров, располагавшееся неподалеку в лесу. У людей с ними был свой уговор: вампиры пообещали убивать волков, от которых годами страдала деревня, взамен на содействие от жителей. Это соглашение строго соблюдалось уже несколько лет.

На краю деревушки стоял небольшой ветхий деревянный дом. В нем жила Анна — молодая девушка, отличавшаяся прекрасными длинными темными волосами. Ее отца убили разбойники, а мать еще раньше погибла от болезни, и осталась она совсем одна. Грустная, но довольно обыденная история в те времена.

Анна все делала сама: и топила печь, и выращивала урожай, и делала заготовки на зиму, и многое другое. Соседи ей, конечно, помогали: им было жаль бедную девушку, столь рано оставшуюся одну, да только вот у них своих забот хватало. Поэтому жила она бедно, но по-своему счастливо.

Ей нравилось поутру гулять по лесу, собирая ягоды, заботиться о своем скромном урожае, вечером сидеть перед свечой и вышивать…

Но ничто не длится вечно.

В то зимнее утро она вышла, чтобы взять дров для печи, и увидела стоявшего стоявшего у покосившейся оградки темноволосого парня. Он был высок и плечист, хорошо одет, но его мутные глаза непонятного цвета всегда пугали Анну.

— Каил, доброе утро, — она не была рада его визиту, но из вежливости улыбнулась.

— Доброе утро, Анна. Помощь нужна? — он попытался улыбнуться, но получилось совсем плохо.