— А представь, если бы реально такое произошло…

— Такого произойти не может, мне кажется. Люди же пьют воду. Пьют, потому что необходимо организму. Нет таких людей, которые бы не пили воду.

— Она безвкусная. Просто жидкость, которую ты вливаешь в себя. Даже не представляю, кому может не понравиться безвкусный… э-э, вкус. А у крови какой вкус?

— Все описывают его по-разному…

— А как бы ты его описала?

— Как томатный сок, — улыбнулась поэтесса.

Они снова замолчали. Дождь стих. Блестел асфальт в свете фонаря.

— Ты, наверно, самая добрейшая и понимающая из вампиров, — признался Ким. Она просто поговорила с ним, и он чувствовал к ней большую благодарность за это.

— Эй, в первую очередь я такой же человек, как и ты. Вампир — это так, небольшое уточнение.

— Может быть и так…

Поэтесса высунула ладонь из беседки, проверяя, капает ли дождь, затем, убедившись, что все-таки не капает, встала.

— Было приятно познакомиться с тобой поближе, — сказала она как-то даже ласково и вышла из беседки. — Прощай, Ким, — бросила она чуть громче, уже удаляясь.

— И тебе пока! — крикнул парень ей вслед и уставился на крышу беседки, откинувшись на спинку сидения.

Несколько секунд он просто сидел, ни о чем не думая, а затем его словно молния ударила прямо в мозг. Откуда эта женщина знает его имя? Ким резко посмотрел туда, где видел ее в последний раз, но там уже никого не было. Он заметался взглядом по двору, но поэтессы уже и след простыл.

Оранжевое солнце, словно долька апельсина, облизывало черепичные крыши домов. Феликс быстро шагал по улицам, нервно озираясь по сторонам. Сердце волнительно колотилось в груди; ему казалось, что вампиры повсюду, наблюдают, ждут момента, следят за каждым его движением, и оттого он крепче сжимал биту в руке. Он мог только догадываться, сколько на самом деле вампиров в городе. Может, за то время, что он был в плену, их число удвоилось или утроилось… а то и вообще все жители сделались вампирами, и только единицы остались нормальными людьми… Феликс встряхнул жирными патлами, гоня лишние мысли. Впереди уже виднелся дом Жана.

Оказавшись у двери, он стал мучать звонок. Он стоял и лихорадочно нажимал на кнопку целую минуту, однако никакого движения внутри слышно не было. Парень уже забоялся, что вампиры добрались до друга, как затем дверь все-таки открыли. Сонный Жан стоял босой в трусах и майке, одной рукой держа дверь, а другой протирая глаза. Моментом позже, однако, он резко проснулся, замер с рукой у лица и произнес удивленно:

— Феликс!..

У Феликса отлегло от сердца. Слава богам, Жан в порядке. Он зашел в дом, заставив друга посторониться, и закрыл за собой дверь. У него было много вопросов (и у Жана, судя по взгляду, тоже), но прежде всего он спросил:

— Как дела в городе?

— Да даже не знаю, так же… по крайней мере, так кажется… Я особо не выходил из дома и слухов не знаю… — Жан потер затылок, обеспокоенно посмотрел на Феликсову биту.

— Сколько времени прошло?

— В смысле?

— В прямом. Сколько времени прошло с того момента, как мы уехали из Бланверта?

— Ты не знаешь? — насторожился Жан. — Третий день вот пошел… то есть, должен был пойти… Подожди, я не понимаю! Дружище, что, блин, произошло? Вы вернулись? Я все ждал твоего или Алисиного звонка и уже начал волноваться, не произошло ли что…

— Произошло, — без эмоций сказал Феликс. Он закатал рукав толстовки и показал раны, вызвав у друга испуганный ох. — Произошло сразу, как только мы выехали из Бланверта.

— Ты выглядишь совсем измученным, — Жан коснулся ладонью его спины. — Пойдем.

Они прошли на кухню и сели за стол друг напротив друга. Феликс, положив биту на колени, рассказал все от и до, а затем замолчал, ожидая, пока друг переварит услышанное. Ждал он добрую минуту; лицо у Жана было растерянное, а руки его, лежавшие на столе, дрожали.

— А твой папа сейчас где? — спросил Феликс.

— На работу ушел… — прошептал Жан. — Феликс… мне так жаль, что вам пришлось через это пройти… боги морские, как же так? — он схватился одной рукой за голову. — Мне надо было поехать с вами, а не отсиживаться дома…

— Чтобы что?

Друг промолчал и отвел взгляд.

— Пережить это с нами? — мрачно усмехнулся Феликс.

— Это прозвучит странно, но да! Мы же друзья, мы должны быть всегда вместе и переживать все вместе — и плохое, и хорошее…

— Прекращай, — усмехнулся Феликс чуть более весело. — Говоришь как девчонка.

— Кстати, а девочки-то где сейчас?

— У меня дома. Отдыхают, надеюсь. Но долго там оставаться нам будет нельзя. За нами могут прийти вампиры…

— И что ты думаешь делать?

— Не знаю, Жан. Не знаю… Я не знаю, где нам укрыться. Вампиры могут быть повсюду, и их никак не отличишь от нормальных людей! Будем думать, что нашли укрытие, а на самом деле окажется, что мы попали в еще одну ловушку этих нелюдей… Куда ни сунься, везде риск…