Мария сплюнула на тротуар. Вертится, как уж на горячей сковородке. Не-ет, она так врать в глаза людям не может. Увольте. Это надо быть совсем бессовестным. А у нее еще совесть есть. К счастью или несчастью…

Она развернулась и пошла куда глаза глядят. Чем закончится разбирательство, ее уже перестало интересовать.

В дверь громко постучали.

— Войдите, — нехотя отозвался Данди Акер, не отрывая глаз от бумаг. Не любил он, когда что-то прерывало его медитативный, почти автоматический танец ручки по пустым графам. Везде надо было отметиться, везде надо было заполнить неприятную пустоту… Он услышал приближающиеся тяжелые шаги по кабинету, а затем такое же тяжелое дыхание перед столом.

— Садись, — сказал мэр, уже поняв, что это шеф полиции. — Подожди минутку, надо закончить.

— Конечно, — сказал шеф, громко сопя. — Я вас не тороплю.

Мэр подписал еще несколько бумаг, но затем, понимая, что настрой уже сбит, плюнул и отложил ручку. Он поднял взгляд и натянул улыбку на лицо, сложив пальцы в замок. Шеф выглядел взволнованным.

— Итак, чем ты меня порадуешь? — спросил Данди Акер дружелюбно. — В последнее время у нас дела идут в гору — полагаю, и сегодня ты пришел с хорошими новостями?

— Увы, — шеф протяжно выдохнул, как будто сказать это единственное слово ему стоило большой смелости. — Сегодня я принес вам ложку дегтя. Здоровенную ложку дегтя. Целый черпак.

— О, вот как? — вздернул бровь шеф удивленно. — Надо же. Это… немного огорчает. Но было бы странно, если бы у нас не возникло проблем по ходу дела, верно? Когда нет проблем — это хороший повод задуматься, все ли идет как надо! Ну же, не томи. Говори, в чем дело.

— Толпа пришла дверям полицейского участка. Жители обеспокоены похищениями людей. Они начинают подозревать. Мне кое-как удалось их успокоить и уговорить разойтись по домам. Что-то с этим нужно делать.

— Да-да, — серьезно покивал Данди Акер, — с этим определенно нужно что-то делать, нельзя пускать это на самотек. Какие у тебя есть предложения?

— На самом деле я пришел посоветоваться с вами, потому что, если честно, я не знаю, как с этим быть. Нам нужно похищать людей. Нам нужно пропитание. Аппетиты растут вместе с нашим числом.

— Вот ты и ответил на свой вопрос. Нам следует остановиться. По крайней мере, на ближайшее время, и использовать ту еду, что у нас уже есть. Люди поворчат, поворчат, но со временем забудут, если все будет нормально. Сейчас главное поддерживать иллюзию, что в городе всё как прежде.

— Жители ждут от нас поимки преступников.

— Ну так поймайте, — широко улыбнулся Данди Акер. — Пусть они увидят, что полиция работает. Чем больше людей увидит, тем лучше. Включите фантазию. Возьмите пушки и разорвите какое-нибудь старое здание в клочья, а затем объявите, что там прятались преступники. Это так, к примеру. Ты можешь придумать и что-нибудь получше. Я тебя знаю.

— Ваш вариант весьма интересно звучит, — натянуто улыбнулся шеф. — Возьму его на заметку. — Он прочистил горло. — И еще, раз уж мы заговорили про поддержку иллюзии… Некоторые члены семьи сами себе на уме, и для нас это начинает выходить боком. Я говорю про тех, что питаются кровью не с фермы, а предпочитают охотиться самостоятельно. Собственно, поэтому жители и начали подозревать неладное. Если мы тщательно подбирали, кого похитить, и делали так, чтобы все выглядело как можно менее подозрительно — в отпуск уехал, или лечиться, или еще куда — то эти подобным не заморачиваются и делают все так, как им нравится, наплевав на конспирацию.

— Да-а, — протянул мэр со вздохом, он разомкнул замок из пальцев и легонько постучал пятерней по столу в задумчивости, — про эту проблему я наслышан. Такие люди совершенно неуправляемы, и решение здесь может быть только одно. — Он серьезно посмотрел на шефа: — Бешеных собак усыпляют. Не могут держать себя в руках — значит, им нет места в нашей семье. К слову, вот и «преступники» для вашего представления! — вновь заулыбался он.

— Этих бешеных собак с каждым днем становится все больше, — заметил шеф с хмурым лицом.

— На что ты намекаешь?

— Только на то, что их становится больше. Поначалу эти люди казались вполне… сдержанными, что ли.

— Как я и сказал, кто-то может сдерживать себя в руках, а кто-то нет. Голод ударяет в голову, и не все с этим могут совладать. Они становятся самоуверенными, безнаказанными… Сейчас зерна отсеиваются от плевел.

— Вы уверены, что об этом не стоит беспокоиться?

— Ты со своими товарищами об этом и побеспокоишься на благо семьи, — хохотнул мэр. Ему это показалось очень забавным.

— А если вдруг я стану таким же, как они?

— Тогда о тебе тоже кто-нибудь побеспокоится. — Данди Акер насладился смятенным лицом шефа, а затем сказал: — Да шучу я. Не станешь ты таким. Вот я же не стал, хотя у меня столько соблазнов было, столько соблазнов! И ты тоже не станешь. Просто люди слабые, и далеко не все готовы к новой жизни. Поэтому мы, сильные, должны о них побеспокоиться. Как лейкоциты — о бактериях.

— Понятно, — сказал шеф, чуть расслабившись. — Есть еще кое-что, что я хотел обсудить…