Шрифт:
Антон усмехнулся:
– Не трудись, я знаю, что нет, и принимаю это спокойно. Тебе нужно больше времени.
– Тогда зачем ты спросил?
– Потому что мне нравится смущать тебя и ставить в тупик.
– Я для тебя игрушка...
– Любимая игрушка. Живая. Жизненно необходимая. Игрушка, о которой я думаю целыми днями. Игрушка-смысл жизни, - после каждого из этих утверждений он целовал ее в какую-нибудь часть лица или руки, а в конце завладел ее губами.
– Поедем в ресторан?
– предложил он, услышав, как у Нины заурчало в животе.
– Нет, - покачала она головой, прислушиваясь к шуму дождя за окном.
– Не хочу никуда...
– Какую кухню ты любишь?
– спросил Антон, наконец выпустив ее из объятий и взяв с тумбочки айпад.
– Любую, - пожала плечами Нина, слезла с кровати и натянула на себя первую попавшуюся майку.
– А что, там у тебя все есть?
Она с интересом заглянула в планшет, положив голову Антону на плечо. Какое-то время Нина загоралась желанием попробовать то одно, то другое экзотическое блюдо, но узнав состав, передумывала. В конце концов, Антон заказал ей греческий салат и стейк из семги с рисом, а себе - лапшу удон с говядиной. Все привезли горячее всего через полчаса, а за это время Антон выбрал подходящее к случаю кино.
Они легли спать уже далеко за полночь и какое-то время еще лежали, разговаривая о том-о сем, а утром ему надо было попасть на совещание в офис и потом еще уладить несколько дел. Он очень рассчитывал, вернувшись домой, застать там Нину: уходя, он дал ей именно такие указания, но ее там не оказалось.
Глава 16. Серьезные намерения
Оставшись одна в квартире Антона, Нина перемерила все оставшиеся вещи и разложила их на 2 кучки: "подошло" и "не подошло", убрала обе в шкаф. Потом она приготовила вегетарианский плов из риса с чечевицей, а как только села поесть, пришла горничная. Они познакомились, мило пообщались, но затем та принялась за уборку, а Нина заскучала и решила съездить домой. Она надела только свою одежду: ей было неловко во всех этих дорогущих шелково-обтягивающе-кружевных вещах, а еще она постоянно размышляла о том, как странно относится к ней Антон. Это был плохой признак: у них сейчас шел самый приятный и безоблачный период - самое начало - где оба влюбленных стараются показать себя с лучшей стороны. Антон же то обнимал, ласкал, целовал и говорил ей всякие нежности, то вдруг сердился на пустом месте, был нетерпелив, эгоистичен, требователен и даже груб. Он нравился ей вполне искренне: ее привлекала его сила, он умел быть трогательным и мягким, когда хотел, но эта его темная сторона пугала ее.
Нина рассчитала, что Антон вернется около шести и у нее есть несколько часов, чтобы поделать свои дела. Она, конечно, не хотела поддерживать его деспотию, но понимала, что сейчас у него такой период влюбленности, когда совсем не хочется разлучаться.
Дома было хорошо, Нина приняла душ, немного привела в порядок тело, починила свое вечернее платье за 30000 рублей, почитала книгу. Неожиданно пришла мама.
– Ниночка, а почему ты не на работе?
– удивленно спросила она.
"То, что я не ночую дома, ее не удивляет", - внутренне усмехнулась Нина, но потом задумалась. В самом деле, почему ни разу за эти два дня она ни разу не вспомнила о труде? Понятно, что вернуться в журнал, а тем более в SkyLine она не может, но она вполне могла бы поискать что-то другое... Эта мысль захватила ее так, что она тут же погрузилась в просторы интернета в поисках подходящей вакансии и даже записалась на пару собеседований. В пылу этого занятия ее и застал звонок Антона.
– Ты где?
– спросил он недовольно.
– Дома, - сразу оробела Нина.
– Почему?
– Мне было скучно у тебя, а дома дела...
– Я сейчас приеду за тобой.
Нина вскочила и принялась спешно одеваться и причесываться. Антон встретил ее не так хмуро, как она ожидала - даже почти совсем невозмутимо.
– Что за дела у тебя были?
– спросил он после долгого приветственного поцелуя.
Нина пожала плечами:
– Да так, всякая ерунда, в основном. Просто у меня вся косметика тут. Еще с мамой повидалась...
– Понятно, - перебил ее Антон.
– А почему ты не надела ничего из тех вещей, что я тебе купил?
– Я ведь домой ездила, одна, я хотела вернуться к тебе ближе к концу рабочего дня...
– То есть, ты согласна надевать эти вещи только для меня? Тебе самой они не нравятся?
– Нравятся, - кивнула Нина.
– Это очевидная ложь.
– Мне очень нравится, как они выглядят, но в своей одежде я чувствую себя комфортнее.
Антон вздохнул и всю оставшуюся дорогу молчал. Нина пыталась завести непринужденную беседу, спрашивая, как у него дела на работе, но он отвечал односложно.
Дома Антон отправил ее в спальню переодеваться, а сам остался в гостиной звонить по телефону.
Нина надела темно-синие леггинсы и шелковую бежевую тунику с цветами и завязочками.
– Хороший выбор, - оглядев ее с ног до головы, похвалил Антон.
Он подключил телефон к зарядному устройству, взял с полки свое портмоне и достал из него пластиковую карту.
– Я заказал тебе именную, но пока возьми эту, на первое время, - Антон протянул карту Нине, она посмотрела на него круглыми глазами:
– Зачем?
– Чтобы ты могла купить себе все, что нужно: второй комплект косметики, комфортную одежду, вкусную еду - что угодно.
– У меня все есть, - замотала головой Нина.
– Не нужно.
Антон вздохнул с выражением бесконечного терпения на лице:
– Нина, просто возьми карту, пожалуйста. Не упрямься.
Нина взяла карту из его рук, но снова повторила:
– Прости, но я не стану ею пользоваться. Я вполне в состоянии себя обеспечить. Да и зачем мне второй комплект косметики и одежды?