– Я хочу на работу, - заявила она как-то утром, когда они пили кофе в гостиной.

– Я думал, тебе нравится быть дома, - спокойно заметил Антон, решив не поддаваться на провокацию.

– Нет, мне не нравится, - покачала головой Нина.
– Я попробовала, но мне тут... тоскливо, я хочу видеться с другими людьми.

– Нина, - вздохнул Антон, - ну не будь ребенком, ты же знаешь, что я прав, дома тебе лучше. Будешь приходить с работы уставшая, злая, нервная - зачем это нужно?

– Мне надоело зря коптить небо, я хочу приносить пользу.

– Ты приносишь очень большую пользу - ты делаешь меня счастливым.

– Одно другому не мешает!

– Я сказал нет!
– отрезал Антон. Он старался, чтобы его голос звучал спокойно, но в последний момент в нем прорвались нотки гнева. Нина вздрогнула и не стала больше спорить.

Вечером, когда он вернулся с работы, ее не было дома.

– Ты где?
– спросил он, тут же набрав ее.

– Я дома.

– Нет, это я дома, и тебя здесь нет.

– Ты у себя дома, а я у себя.

– Твой дом здесь!
– Антон почувствовал, что закипает. Да что же это такое, черт бы побрал эту идиотскую любовь..!

– Прости, я больше не могу, - вдруг тихо произнесла Нина.

– Что ты не можешь?
– похолодел Антон.

– Жить твоей жизнью. Мне нужна своя собственная.

Ему стало чуть легче: возможно, она не имеет в виду расставание, а только чуть больше свободы.

– Хорошо, - медленно ответил он ей.
– Сегодня будешь дома ночевать?

– Да, пожалуй.

Эта ее неуверенность еще немного подбодрила его.

– Как хочешь. Только завтра мне обязательно надо тебя увидеть, хорошо?

– Да, конечно.

Антон положил трубку и вздохнул с облегчением.

Антон примчался в 8 утра с цветами, вид у него был заискивающий. Нина не смогла сдержать улыбки, хоть и собиралась быть с ним строгой. Она пригласила его к себе и даже представила маме и папе - они как раз собирались на работу.

– Так вот кто экспроприировал нашу дочь на неопределенный срок!
– воскликнул отец.
– Пора бы уже документ предъявить, молодой человек, а то, неровен час, мы в полицию заявим...

Нина покраснела:

– Пап...

Антон же просиял и заверил потенциального тестя:

– Дело только за вашим чадом, я все возможные предложения внес.

Родители как по команде обернулись к дочери - ей захотелось провалиться под землю. В то же время она вдруг подумала, что это, возможно, не такая уж безумная идея, но потом вспомнила про детей и отмахнулась от наваждения.

– Я нашел тебе работу!
– заявил довольный собой Антон.

Поистине, это утро было полно сюрпризов.

– Какую?
– поинтересовалась Нина.

– Администратором в женский велнес-клуб.

– Почему туда?

– А почему бы и нет?
– пожал плечами Антон.

– А как называется?

– "Фламинго".

– О, я слышала об этом клубе, он очень крутой... только для женщин, и дорогущий...
– Нину вдруг поразила одна мысль: - Погоди-ка, не в этом ли дело?

– В чем?

– Ты хочешь, чтобы я работала там, где нет ни одного мужчины?

– Ну...
– Антон замялся, - не то чтобы обязательно, но это было бы мне приятно, да...

Нина расхохоталась, а потом уселась к нему на колени и обхватила его голову руками.

– Какой ты смешной! Так это все было из-за ревности?

Антон судорожно прижал ее к себе и стал жадно покрывать ее лицо поцелуями, пока не дошел до губ - Нину даже в жар бросило от таких страстных ласк. Она привела его в свою комнату, и они целовались, изнемогая от желания, пока не услышали звук закрывающегося замка, после чего принялись срывать друг с друга одежду - Антон даже оторвал несколько пуговиц на своей рубашке - так ему не терпелось овладеть своей девушкой. Лежа на кровати в его объятиях, Нина с легким испугом прислушивалась к тому, что происходило у нее внутри - там неистово порхали бабочки...

На какое-то время наступило блаженное затишье. Нина стала такой же нежной и ласковой, как прежде - Антона отпустили все его тревоги и сомнения. Она вернулась жить к нему, и с работы всегда сразу приезжала домой, даже если он не мог забрать ее сам. Он был так доволен ею, так счастлив, что даже решил нарушить свои правила и пригласить к себе в гости мать и сестру с мужем. Нина была в полном восторге - она прыгала чуть не до потолка и хлопала в ладоши. Потом она, правда, вспомнила, что все его родственники видели ее красивой, а сама она не сможет так накраситься, как это сделали мастера в салоне. Антон в ответ на это расхохотался, пожурил ее за тщеславие и настоял, чтобы перед семейным приемом она сходила снова в тот же салон к тому же самому мастеру.