— Неловко вышло, да? — вдруг сменил тактику маг, выйдя из глухой обороны; от какой-то неуловимой, скользнувшей, как змея, интонации у Эстер даже холодок по спине пробежался. — Что ж вы пропускаете столько важных деталей? Не пропустите, смотрите, миг своего триумфа над загнившей аристократией, а то ваши золотые часы, которые вы держите во внутреннем кармане, спешат из-за дефекта на пару минут. Боюсь, скоро вам придётся искать мастера, что сможет вправить столь уникальный механизм. Я знаю парочку таких, они мои коллеги, только скорее всего, если вы сейчас не вернётесь к промыванию мозгов простых зевак и не перестанете приставать к занятым людям, за ремонтом вам придётся ехать туда, где вы их купили… А, нет, прошу прощения — заказали. Ну или можно обратиться к нам, но тогда не удивляйтесь, когда при следующей очень скорой поломке внутри золотых деталей вы не найдёте, потому что они уже будут переплавлены на чьё-нибудь обручальное кольцо. Я могу идти?

Эстер заметила, как потихоньку рассасывается толпа позади них. Полицейский снова обрёл сувенирный вид и вернулся к углу здания. Серый берет растерянно кивнул, напоследок обжёг ненавистным шагом и вернулся на клумбу, хотя слушать его осталось от силы человек пять. Арлен убедился, что нездорового интереса к нему больше никто проявить не желает, и спокойно двинулся прежней дорогой, растеряв едва закрепившийся ореол неуловимой угрозы. Эстер тихо хмыкнула и пошла следом.

— Слушай, тебе в актёры надо, — заметила она с усмешкой.

— Слишком грубо… — снова невпопад, словно случайно задумавшись вслух, пробормотал маг.

— Что?

— Ничего, — быстро отмахнулся Арлен, уже сворачивая в переулок к служебному входу.

— И ты действительно всё это сделаешь? — не могла не задать вопрос девушка.

— Что сделаю?

— Что ему намёками наговорил.

— Конечно же нет, — с каким-то испугом ответил он. — Во-первых, это не в моих правилах, а во-вторых, при всём том уважении, которым я порой бессовестно пользуюсь, по моей просьбе никто на это не пойдёт, потому как это: а) потеря клиента, и — б) пятно на репутации, а нам ни того, ни другого не надо.

— Не думала, что он прям так сразу свернётся, — оглядываясь, заметила она.

— Их просто учат не связываться с архимагами, — пояснил он.

— А причём тут архимаги?

— Только у них фамильяр способен превращаться в подобие человека. Кстати, спасибо, что подыграла.

— Да пожалуйста… Стой, это я, то есть, подобие человека?

— Не цепляйся к словам.

Девушка пренебрежительно фыркнула.

— А кто такой Ред… Редер… короче, тот, который типа должен у них свой появиться? — не унималась Эстер.

— Редрейвик Талаад? Архимаг и предводитель одной из крупнейших революционных шаек, что в итоге свергли ютианский режим. Прославился тем, что хитростью разрушил Башню Фамильяров, — уже на входе в незнакомую дверь, ответил ей Арлен. — Всех подробностей не знаю, я не историк.

— А чего у них у всех имена такие, что хрен запомнишь?

— У них? — явно не понял он.

— У архимагов.

— А, ты об этом… Так исторически сложилось, а я, напомню, не историк… — Отмахнувшись снова от Эстер, он прошёлся до конца коридора и остановился у развилки, не решаясь пойти ни в одно из направлений. — Эберет, не таись, я знаю, что ты здесь!

Где-то справа открылась дверь, некоторое время Эстер не видела, кто идёт по коридору, но потом из-за угла наконец вышел незнакомый темнокожий мужчина. Заметив девушку, он как-то смутился и слегка растерял жизнерадостный вид за этим делом. В общем, было отчего: пожелтевшая майка вместо того, чтобы закрывать его бронзовый с прилипшими мелкими опилками торс, была намотана на голову из соображений защиты от стекающего с волос пота. Смотрелось это не особо культурно, но Эстер смутило не очень сильно. Она только старалась сама не засмотреться на него, чтобы не вгонять его в смущение ещё сильнее. А посмотреть было на что: сложен мужчина был суховато, но знатно, а блестящий на коже пот только подчёркивал рельефные мышцы.

— Ты б хоть предупреждал, что не один! — возмутился он, открывая одну из дверей в коридоре и заходя в небольшую комнатку.

— Это что-то изменило бы? — с сомнением заметил Арлен.

— Я бы оделся хотя бы!

— А, то есть, меня ты не стесняешься совсем…

— А чего тебя стесняться? — Эберет вышел с зажатой в зубах самокруткой уже без намотанной майки поверх мокрых кудрей и в зелёной клетчатой рубашке с коротким рукавом, по пути пытаясь зажечь спичку о коробок. — Чего ты там не видел, как говорится… И ты ж вроде…

— Да, должен быть в Конрале, — устало продолжил за него маг. — Но, как видишь, я здесь. И мог бы не наряжаться, мы ненадолго. И я просил при мне не курить, ты пораньше не мог?

— Нет, не мог, — ответил он, попытался зажечь уже вторую спичку, но она тоже погасла едва разгоревшись, после чего, Эберет убрал коробок обратно в глубокий карман своих чёрных брюк и вернул самокрутку за ухо. — Вредный ты, знаешь об этом?

— Знаю. Скажи лучше, у тебя не завалялось парочка лишних досок на паркет? — решил не тянуть с вопросом Арлен.