— Не знала, что ты из верующих, — догоняя, заметила Эстер.

— В этом есть что-то плохое?

— Ну, по мне так для мага весьма странная религия.

— Ты сначала верно подметила: верующий. Но не религиозный, — поправил её Арлен.

— А есть разница? — с улыбкой спросила девушка.

— Конечно есть. Одно дело верить, а другое — поклоняться. К тому же, если в существовании как минимум одного Великого Духа я сомневаться не могу, то вот в отношении Единственного я не так уверен…

— Однако в праздник ты в его храме. — Девушка усмехнулась, продолжая идти рядом. — Ладно. А много людей пришло? — продолжила задавать вопросы Эстер.

— Толпа едва вместилась.

— Ты же вроде не любишь толпу?

— А кто сказал, что я был среди прихожан? Меня туда даже не пустят.

— А с чего вдруг? — не поняла логики Эстер.

— С того, что магия по учению адептов Единственного — плод деяний нечистых и злых сил, которые противостоят их божеству, и осквернять храмы этими силами нельзя. Такие вот дела…

Эстер заметно удивилась. О том, что Церковь Единственного не признавала магию, она уже знала. Знала уже и то, что как государственную религию это учение когда-то утвердила та же императрица Юта в помощь своим реформам. Но то, что и по сей день существуют вот такие небольшие «гонения» на неугодных давно свергнутому режиму, вот это стало новостью. Хотя если подумать… Напрашивался логичный встречный вопрос: а что маги могли забыть в этих храмах?

— А чего ты туда тогда ходишь? — озвучила этот вопрос Эстер.

— Время от времени помогаю местным священникам держать в порядке орг'aн, — наконец пояснил он. — Сойдёт за причину?

— Опять по работе? — девушка разочарованно вздохнула, разглядывая брусчатку под ногами.

— Ну почему сразу по работе? — даже с долей обиды почти возмутился Арлен. — Просто у них по праздникам бывают неплохие концерты. Хор, орган, атмосфера, акустика… А когда вокруг этой толпы ещё и нет, так вообще замечательно.

— Ты же сказал, что тебя туда не пускают, — с подозрением вспомнила Эстер.

— К прихожанам не пускают, а если не палить Тильда, то с настоятелем можно и мимо особо ярых последователей проникнуть если не в служебные, то хотя бы в закрытые на реставрацию части храма, даже под видом того же рабочего: они всё равно ничего не делают во время службы.

— То есть, грубо говоря, ходил не по работе, а развлечься? — отчего-то тише обычного уточнила она.

— Скорее отвлечься. И про халтуру эту контора ничего не знает, простая договорённость напрямую с местными: я вожусь с их инструментами за более низкую, чем в конторе, плату, а взамен настоятель закрывает иногда глаза на свои каноны и правила, — явно по секрету поделился положением дел маг. — Да и вообще у меня так-то сегодня выходной.

— В который из-за меня всё равно придётся работать… — снова скисла Эстер, нервно отводя взгляд.

— Ничего страшного. Зато скучно не будет. Я бы всё равно нашёл что-нибудь.

— Ты… Ты серьёзно на меня не злишься? — снова едва решилась поднять глаза девушка.

— А смысл? — он похоже и сам не мог понять, как до неё ещё не дошла простая истина: — Это никак не поможет делу, только лишняя трата нервов.

— Чем больше ты меня в этом заверяешь, тем меньше мне верится, что ты не разрабатываешь втихаря изощрённый план мести… — всё равно с сомнением тихо пробормотала Эстер.

Арлен на это тихо рассмеялся. А Эстер поймала себя на мысли, что наблюдает подобное в первый раз за всё это время. Или было, просто за остальным позабылось?

— Тильд, ты злишься? — вдруг обратился он к фамильяру.

— Вот если бы ты был архимагом…

— Ясно всё с тобой, — не стал дослушивать его маг. — Вот, Тильд злится, тебе легче? Возможно даже попытается мстить. Не знаю пока, что из этого выйдет… — тут к нему вернулась относительная серьёзность. — Но, как я уже говорил тебе ранее, лично я никому и никогда не мщу.

— То есть, ты мне сейчас со всей серьёзностью утверждаешь, что никому и никогда не делал чего-либо дурного только из злости и личной неприязни? — решила ещё раз уточнить Эстер.

— Никогда и никому.

— И не угрожал?

— Ну, почему, было дело, но до выполнения никогда не доходило.

— И даже не желал?

— Даже не желал. По крайней мере, искренне.

Откровенно не верилось. Так получалось, что на этой полупустынной улице среди редких обычных прохожих, зачастую хмурых и безрадостных, вдруг затесался совершенно невозможный человек, утверждающий, что не держит ни на кого зла и возвращать его во имя справедливости не желает. Девушка была уверена, что даже пробежавший мимо с явно каким-то поручением мальчишка, на ходу извинившийся за то, что ненароком чуть не задел её, втайне мечтает натворить каких-нибудь пакостей кому-то из своих хозяев, что посылают его с этими поручениями. Что торговка цветами, приветливо встретившая в своём маленьком магазинчике очередного покупателя на самом деле держит эту улыбку на лице только чтобы наконец что-нибудь купили и оставили её в покое, потому что от запаха такого количества цветов у неё уже болит и кружится голова, а от обилия разноцветных пятен рябит в глазах. И мясник за углом дома, мимо которого они только что прошли, разрубая туши представляет на их месте своего начальника, задерживающего зарплату, или санитарного инспектора, которому по каким-то причинам не нравится его лавка. И всех их Эстер понимала, всем в какой-то мере сочувствовала, потому что на их месте вела бы себя точно также. А этот…