— Побеседуем, Рувим? — спрашивает Алексей с улыбкой.

— Ничтожество! Тупой солдафон! — пьяно бормочет Дейч. — Ты даже не представляешь, с кем связался!

— Вот и расскажи, — по-детски радуется Алексей. — У меня только слухи, предположения. Давай рассказывай, кто такой, откуда и чего у нас делаете!

… ничто не вечно под луной, это люди знали давно. И что луна не вечна, знали тоже. Понимали, что однажды рожденное когда-то умрет. Это знание воплотилось в суевериях, религиях и верованиях, стало частью мировоззрения. Революция в науке не только подтвердила конечность физического мира, но даже называла даты, отодвигая финишную черту по мере совершенствования научного инструментария. В религии и науке много мусора, выдумок и откровенно сумасшедших предположений. Т. н. пророки и гениальные ученые по большей части обыкновенные психи и только единицы из тысяч и тысяч действительно способны предвидеть и понять будущее. Но их, как правило, не слышат. Или не хотят слышать. Именно поэтому звания академиков и должности директоров НИИ получают тщеславные дураки, нобелевскими лауреатами становятся шарлатаны, а научные теории, прилежно изучаемые студентами, на поверку оказываются бредятиной. Сколько их было, теорий и гипотез! Какие имена гремели, сколько речей произносилось в защиту и обоснование! Теория плоской земли, коммунизм, свободный рынок, боги и загробный мир — все на свалке, растоптано и забыто. Человечество живет по законам, ему неведомым, установленным задолго до его появления. Ничтожная козявка объявила себя царем природы? Да никто, кроме самой козявки, не услышал писка!

Человеческая натура эгоистична. Каждый считает себя если не центром Вселенной, то уж никак не меньше целого мира. А раз так и все вокруг дураки и неучи, то окружающий мир надо переделывать. И переделывают! К счастью, у абсолютного большинства ходячих «вселенных» руки коротки и перестройка мироздания ограничивается парой грядок на даче. Можно тиранить жену и детей, но они тоже «вселенные» дай Бог! Если поначалу и молчат, то время спустя жена уходит к другому, а подросшие дети выставляют одряхлевшего «творца миров» на улицу. Совокупность эгоизма отдельных личностей образует глобальный эгоизм — ЭГОИЗМ! Возомнившие себя хозяевами, люди переделывают мир под себя. Как те грядки на даче. Но даже купленный участок не является полной и абсолютной собственностью человечка. Законы ограничивают права эксплуатации, а жизнь коротка и суетна.

Мир — не дачный участок. Законы, по которым существует мир, нарушать не дано. Нарушителей уничтожают. Дачник безжалостно пропалывает свои грядки, удаляя все лишнее или вредное — с его точки зрения! — оставляя только полезное. Что ж, дачник действует в рамках закона!

Мы, высшие существа, уничтожим человечество, ибо сочли его вредным и ненужным в полном соответствии с законами мироздания. Так было не раз. Словно разросшиеся сорняки, люди заполоняли землю, уничтожали все, что мешало им размножаться и комфортно жить. Считая мир своей собственностью, переполненное чванством и злобой, глупое и жадное человечество подготавливает свою гибель. Разные существа ходили по этой земле, все они бесследно сгинули, нарушив Великий Закон мироздания. Сгинут и люди, им на смену придут другие существа. И мир этот тоже исчезнет, появится другой. Такова суть!

— Значит, высшие существа, — задумчиво произнес Алексей, слушая пьяное бормотание Рувима.

— … опоздали! Люди так загадили всю планету, что обычная ликвидация, т. е. локальный конец света невозможен. Метеоритный дождь покрывает ограниченную по площади территорию — так уничтожают небольшую страну, не затрагивая при этом животный и растительный мир. Например, Древний Египет. Урон природе минимален, так как города расположены в пустыне. После грубой зачистки метеоритным дождем оставшихся в живых «подчищают» зараженной инфекцией водой. И окончательная зачистка производится саранчой — голод убьет тех, кого обошла стороной чума.

Очень эффективен потоп, но, опять же, на ограниченной территории! Вода обогащает почву минеральными солями, напитывает землю влагой. Солнце подсушивает верхний слой, растительный мир бурно развивается, а вместе с ним и животный! Однако человечество совершило скачок, произошла промышленная и научная революция. Просто уничтожить людишек уже нельзя, надобно вначале обезвредить. Столько всего понастроили! Поэтому уничтожение человечества начинается с уничтожения результатов деятельности этого самого человечества.

Дейч поднимает указательный палец, лицо приобретает строгое, «прокурорское» выражение, голос крепчает.

— Гуру, мать твою! — хмыкает Алексей.

… наш мир тесен. Необходим новый! Мы давно наблюдаем за вами. Несколько раз уничтожали все живое, тысячелетиями ждали изменения климата — слишком долго, черт возьми! И тогда мы решили: не стоит ждать милости от природы. Ваши тела идеально подходят для условий Земли. Мыслительный аппарат тоже очень хорош. Для вселения избрали самое ничтожное племя…

— И камень, отвергнутый строителями, оказался краеугольным? — усмехнулся Алексей.

… всеми гонимое и презираемое. Предводителю этих ничтожеств явился их племенной божок в образе пламени — небольшая порция наркотика плюс немного эфирного масла на куст, — готово дело! Видение произвело нужное впечатление и стадо бомжей возомнило себя избранными. Нет, ИЗБРАННЫМИ! Да, те, кто усомнился, были казнены с детьми и женами. Но дурость и жадность болезни трудноизлечимые. Несмотря на все наши старания, это стадо идиотов попало в рабство! Хуже того, им это понравилось, представляешь?

— Ну да, — кивнул Алексей, — кормят, поят, дают размножаться — чего еще-то?

— Стоило огромных трудов втемяшить в тупые башки, что так жить нельзя. Опять наркота, явление божка баранам, устранение маловеров…

— По накатанной дорожке!

— Посоветовали ограбить прежних хозяев по полной программе, потому что в бегах надо на что-то жить. Вывели идиотов с применением спецэффектов, а потом сорок лет выбивали дурь. Увы, это помогло не очень. Жадность — врожденная черта этих людей. Она ослепляла их, лишала разума и элементарной осторожности. На земле нет другого племени, которое бы не подвергалось таким гонениям! — с горечью в голосе восклицает Рувим. — Поколение за поколением повторяло одни и те же ошибки, мы уже хотели махнуть на них… этой… как ее… а, операционной конечностью!