Медленно, опираясь на здоровую ногу, чудовище поднимается на четвереньки. Сломанная рука висит дохлой гадюкой, голова низко опущена, в груди слышно клокотание, переходящее в низкий рев. Не дожидаясь, пока тварь поднимется, Алексей подходит. Ладонь левой руки плотно ложится на мохнатый затылок, пальцы правой сжимают челюсть… поворот рывком, рев обрывается, из горла вырывается сипение и хрип, безжизненное тело валится на паркетный пол. В наступившей тишине отчетливо слышно, как бьется сердце, доносятся всхлипывания Ксении.

— Давай уйдем отсюда! В темноте живут чудовища, нас же предупреждали мальчишки! — дрожащим голосом произносит девушка.

— Похоже, ты права. Ступай вниз, я за тобой, — ответил Волков. Отходит назад, под каблуками хрустят пальцы убитого. Глаза окончательно привыкли к темноте, Алексей оглядывается на коридор. Лунный свет слегка рассеивает мрак, уличные фонари тоже прибавляют освещенности — по длинному и прямому, как тоннель метро, коридору неторопливо идут люди. Лиц не видно, но по сутулым фигурам, болтающимся рукам и скованной походке Алексей понял — это не совсем люди. Чудовища, бестелесные твари из какого-то там мира, вселяющиеся в трупы. И этих тварей здесь очень много.

— Какого хрена делать уродам в губернаторском дворце? — сквозь зубы цедит Волков. — Никакой логики!

Палец нажимает спусковой крючок, лишенный приклада автомат бешено дергается в руках, ночную тишину дворца разрывает автоматная очередь. Пульсирующие вспышки озаряют тьму и Алексей видит, что коридор наполняется чудовищами. Распахиваются двери, твари неуклюже выбираются из кабинетов и тотчас попадают под пули. Тела содрогаются от ударов, брызжет кровь, клочья влажного мяса прилипают к стеновым панелям. Твари медленно приближаются, автоматные пули не убивают. Затвор лязгает последний раз, падает горячая гильза на пол, выстрелы обрываются. Алексей сноровисто меняет магазин, до ближайшего чудовища рукой подать.

— В сторону! — раздается женский крик и тотчас откуда-то снизу гремит очередь. Алексей отступает к стене, оглядывается — Ксения опустилась на одно колено и стреляет длинными очередями по ногам. Автоматные пули разбивают коленные чашечки, рвут сухожилия, берцовые кости ломаются, словно прутики. Лишенные возможности ходить твари валятся на пол, будто снопы. Выстрелы обрываются, Ксения меняет магазин. Воспользовавшись паузой Алексей негромко говорит:

— Ты просто чудесная девушка, Ксюша!

— Что?

— Отличная мысль говорю! Я-то по старинке стрелял, как по живым. А ты молодец, сообразила. Ну, все, уходим!

Алексей бросается к лестнице, но останавливается на полдороге — из коридора на другой стороне появляются чудовища, холл на первом этаже тоже заполнен неповоротливыми тварями.

— Твою мать! — со злостью произносит Алексей. Он оглядывается по сторонам, глаза на мгновение останавливаются на громадном, в полстены, окне, но прыгать со второго этажа — это почти гарантированно сломать обе ноги. Далеко ли уйдешь потом?

— Ксюха?

— Я здесь, — отвечает девушка, ее спина прижимается к спине Волкова.

— Бежим вниз по лестнице, я сшибаю всех подряд, ты за мной. Только не споткнись!

— Сам не споткнись! Давай!

Вспыхивают лампы на стенах, загорается хрустальная люстра на потолке. Чудовища как по команде опускают головы, прячут глаза, неуклюже отступают в темноту коридоров. Вспыхнувший свет режет привыкшие к темноте глаза, Алексей и Ксения тоже отворачиваются. Воспользовавшись замешательством, они бегут вниз по лестнице, расталкивая чудовищ. Алексей расчищает путь автоматом, как дубиной, сшибая с ног неповоротливых тварей. Они падают, катятся по ступеням и вскоре внизу образовывается вал из шевелящихся тел. Алексей с разбегу прыгает головой вперед, как в воду, ладони касаются пола, спина сгибается, кувырок и он на ногах!

— Прыгай, я поймаю!

Глаза девушки расширяются от удивления и страха, она на мгновение останавливается. Прямо под ногами шевелящаяся груда изуродованных тел, прыгать так, как отставной майор она не умеет… Ксения решительно садится на перила и ловко съезжает вниз. Алексей улыбнулся, одобрительно поднял большой палец:

— Ты лучше, чем я думал, Ксюха!

Он на ходу сшибает с ног поднимающегося с пола урода. От удара по тупой башке ствольная коробка разваливается, на пол падает затворная рама, «головастый» затвор чертиком прыгает по кафельным плитам. Алексей отшвыривает бесполезный автомат. Пальцы касаются дверной ручки, тяжелая двухметровая створка неохотно приоткрывается…

— Остановитесь! — громко звучит незнакомый голос.

Алексей останавливается в полушаге, медленно поворачивает голову.

На лестничной площадке второго этажа стоит пожилой мужчина в строгом темно-синем костюме, ворот белой рубашки плотно застегнут, черный с серебром галстук туго стягивает шею. Неизвестный высок, покатые интеллигентные плечи слегка выступают вперед, седая шевелюра зачесана назад, подбородок чисто выбрит, кустистые брови сведены к переносице, взгляд выпуклых карих глаз строг и чуть-чуть насмешлив. Неизвестный похож на Карла Маркса, каким его изображали на портретах времен развитого социализма. Только без бороды и коротко остриженного.