— Даже дверь не заперли! — удивился Алексей.

— Понажирались, как мужичье, — скривилась Ксения. — Герои сопротивления!

— Других пока нет.

— Ты собираешься работать с этими! — удивилась девушка. — Да они завалят все дело.

— Но других-то нет! — повторил Алексей. — А на безрыбье и рак рыба. Подъем, господа! Приближается большой шухер, — громко произносит он и несколько раз хлопает в ладоши.

Пацаны встают, словно оживают мертвые — медленно, со стонами и кряхтением. На мятых лицах выражение обреченности и полного пофигизма. С трудом разлипаются веки, тупые взгляды ползают по комнате, как мореные тараканы, останавливаясь возле банок с пивом. Парни с жадностью хлебают теплое пойло, взгляды проясняются, лица розовеют.

— И чё за шухер, майор? — спрашивает рыжий «ирокез», смачно рыгая. — Днем безопасно.

Алексей ногой подвигает барный стул на середину комнаты, садится. Некоторое время молча рассматривает опохмеляющихся, затем спокойно произносит:

— Я не представлялся… Алексей Волков, майор запаса. А вы?

— Григорий Бацав, студент политеха… в запасе! — ухмыльнулся «ирокез».

— Бузин, Михаил Петрович. Был менеджером по продажам, — грустно сообщил «генерал».

— Тимофей Бабалкин, скрипач, — представился «смокинг».

— Отлично. Ну, это Ксения, вы знаете.

— А куда дед пропал? — удивленно спрашивает «ирокез» Бацав.

— Он не пропал. О нем расскажу чуть позже, а пока вкратце обрисую ситуацию: ночью мы с Ксенией были в кремле. Как я и предполагал, в крепости тусуются гринписы и уроды, в подвалах прячутся чудовища. Нам удалось побеседовать тамошним главарем, кое-что выяснить. В подробностях рассказывать не буду, нет времени. Самое главное — по городу ищут людей, которые не восприимчивы к гипнозу. Таких немного, их либо уничтожают, либо предлагают присоединиться. Должен сказать, на очень неплохих условиях. Дед Борис согласился.

— Он с вами, что ли, ходил?

— Увязался. Хотел рыбку съесть и на… э-э… на кожаный стул сесть.

— Продался!? Вот гад, сколько нашего пива выхлебал! А креветки с крабами?

— В кремле предлагают гораздо больше, чем пиво с креветками, — отвечает Алексей и выжидательно смотрит на мальчишек.

— Ну да, там запасы побольше, — уныло кивает «ирокез» Бацав.

— Он хотел сказать другое, — тихо произносит «генерал». — Нам надо выбирать.

— Я к уродам не пойду, — твердо заявил Бабалкин. — Я видел, как они пожирали людей на станции метро. Они и нас сожрут, когда кончатся запасы.

— Скоро наступит лето, будет жарко. Электричества не будет, они все электростанции взорвут. Холодильники перестанут работать, продукты в магазинах испортятся и есть будет нечего. Что тогда? — спрашивает Алексей.

— А как вы сами ответите на этот вопрос?

— Да! — поддержал Бузина Бабалкин.

— Не знаю, — честно признался Алексей. — Летом еще так-сяк, можно что ни будь придумать…

— Крыс ловить! — со смешком предложил Бацав.

— Все может быть, — согласился Алексей. — А вот зимой точно капец будет.

— До зимы надо дожить, — философски замечает Бабалкин. Он берет смокинг, пальцы сжимают грязную ткань. Рукав соскальзывает на пол, тихо звякают пуговицы.

— Мальчики, я понимаю, что вы заняты решением глобальных вопросов, но позвольте вам напомнить прозу жизни! В кремле скоро проснутся и вспомнят о нас. Дейч с похмелья будет очень зол! — вмешалась в разговор Ксения.

— Какой такой Дейч? — удивился Бацав.

— Предводитель здешних уродов и гринписей. Бывший правозащитник, адвокат и эксперт в вопросах права. В его тело вселился инопланетянин… э-э… тьфу!… ну, из другого мира! Одним словом, он руководит всем процессом, — пояснил Алексей.

— А почему с бодуна? Вы чё там, бухали?

— Нет! Я его допрашивал. А чтобы не молчал, влил бутылку текилы!

— Класс! Кто бы меня так допросил! — восхитился Бацав. — Так давайте сматываться отсюда.

— Куда? — в один голос спрашивают Бузин и Бабалкин.

— В город. Верхнюю часть они не взорвали. Найдем подходящую хату, обустроимся и начнем мочить пришлюков!

— Типа партизанить? — удивленно уточнил Бузин.

— Клево! А где стволы взять? — спросил Бабалкин.

Бацав трясет рыжей челкой, глаза округляются. Взгляд свирепеет, как у Тараса Бульбы, ляхами окруженного.

— Будем снимать с трупов!

— Ну, слава Богу! — улыбается Алексей. — А я уж было подумал…

— Что продадимся гринписькам и зомбям? — восклицает Бузин. — Мочить гадов!

Холодный мотор УАЗика упорно не заводится. Бацав с такой злостью поворачивает ключ зажигания, что согнул и едва не сломал. Наконец, ехидное кряхтенье стартера сменяется рыком голодного зверя, выхлопная труба мощно харкает клубком дыма.

— И-ес-с! — громко произнес Бацав, правая рука вытягивается вверх, затем уходит вниз — так опустошали сливной бачок устаревшей конструкции. Пацаны уже сидели на местах и выжидательно смотрели на Алексея с Ксенией.