– А что, с тренировкой все? – удивился Малик.

– Ну да, наверно. Завтра еще буду тренироваться, когда Виталя придет.

– И куда делось твое рвение?

– В смысле?

– В прямом. Ты ведь в поте лица трудилась все этапы, сейчас наступил решающий момент, а ты стала меньше работать.

– Это что только что было? Ты намекаешь, что я филоню?

Я взвинтилась, уже готовясь выпалить что-то вроде: «А смысл? Все равно все решено...», но вовремя заткнула рот и прикусила язык.

– Нет... ну что ты сразу злишься-то? Я просто сравнил то, как ты себя вела и как стала вести.

– Я не злюсь, – покачала я головой и мысленно дала себе пинка. – Что ты делал у отца?

– Помогал с работой. А что?

– Просто интересно, чем ты занимаешься. Запретная тема?

– Ну, не слишком приятная, по крайней мере...

Я запуталась еще больше.

– Почему? Плохо ладишь с ним?

– Именно.

– Расскажешь?

– Возможно, когда-нибудь, но не сейчас... прости.

– Вы долго были с Виолеттой? – неожиданно даже для самой себя выпалила я.

– Два года, плюс-минус, – ответил Малик, удивлённый моим вопросом.

– Так вы одногодки, да?

– Да, и наши семьи дружат, – он помолчал немного и добавил. – Мы тоже с Виолеттой дружим, с рождения.

– Она ненавидит меня, я уверена.

Из моей груди вырвался горестный вздох.

– Она примет и поймет, пусть и не сразу.

– Ты уверен, что сделал правильный выбор?

– Я выбирал сердцем, а оно не обманывает, – улыбнулся парень.

– И что же твое сердце сказало тебе?

– Что я влюблен в тебя, и как бы ни пытался выбросить все из головы, просто не смог этого сделать.

– А ты бы хотел забыть? – я склонила голову к плечу, рассматривая мой идеал.

– И да, и нет.

– Интересный ответ... – фыркнула я и попыталась слезть с его колен.

– Зато правдивый, – ответил Малик, лишь сильнее прижав меня к себе.

– И не слишком приятный.

– Я с тобой. Это тебе о чем-нибудь говорит?

Я промолчала, зарывая где-то глубоко в себе обиду, прогоняя нехорошее предчувствие, отключаясь от побочных мыслей. Он со мной, что еще нужно для счастья? «Победа...» – прошептало мое жаждущее справедливости внутреннее я, однако и его я заткнула. Победы не будет... об этом я поговорю с Маликом, но как-нибудь в другой раз.

Его поцелуй буквально вышиб из меня воздух. Я жадно ответила ему, словно мучимая жаждой, голодающая... меня пугало то, как я реагирую на него. Это было так хорошо и так плохо одновременно, противоречиво... У всех ли влюбленных так? Кровь кипела, тело горело, а мозг превращался в желе. Малик свел меня с ума своим присутствием, запахом, вкусом губ, ощущением рук. Растворилась, я вся растворилась в нем...

– Ох, Малик... – прошептала я, прижимаясь все ближе, обвила его талию ножками, зарылась пальцами в его волосы. Опьяненная, я дышала им, вбирала его запах, его вкус...

– Ром... – его руки пробирались к самым сладким местам, исследовали, дразнили. Его искусный язычок переплетался с моим, и весь этот вихрь эмоций вырвал стон из моей груди. И может, в этот вечер мы и зашли бы дальше, но вернулась моя мать. И это было знаком свыше, что не сегодня и не сейчас, не в этот раз...

Вся неделя была сумасшедшей, мы едва не срывали друг с друга одежду, казалось, сгорая в этом безумии...

Каждый день по нескольку часов я тренировалась с Виталей, а потом перед сном повторяла все сама. Однако мои мысли были вовсе не о конкурсе, а о том, что не давало мне покоя. Червячок сомнения рылся внутри, убивая эйфорию чувств. Знал ли Малик о подтасовке? Участвовал ли? Я постоянно порывалась спросить его, но, вероятно, боялась узнать правду, потому намеренно тянула.

====== Глава 5. ======

И вот оно, воскресение, что было таким долгожданным и ненавистным одновременно. Я встала с кровати, уже зная, что меня ждет сегодня, в этом был плюс и в этом же был и минус. На пробежку я не пошла. Приняла душ, завтрак с мамой, а после пару раз прогнала танец. Не спеша собралась и ждала Малика, что обещал отвезти меня.

Погода была странной, словно в ожидании и неопределенности, как и я. И вроде пасмурно, но дождя нет, не парит, но и не холодно. Я сидела возле дома, нетерпеливо подергивая шлейку сумки. На ногтях, как и всегда алый лак, словно кончики пальцев окунули в кровь. Черные шорты и белая майка, почти официально, не будь на ногах кед. В ушах неизменно наушники и легкий мотив транса... Я не люблю неизвестность, но сегодня лучше бы я не знала о том, что ждет меня. С одной стороны, я радовалась хотя бы тому, что буду выступать на такого размера сцене, ведь возможно я не попаду более на сцену такого масштаба. Хотя... в голове, в общем, был полный кавардак, за и против неустанно сражались друг с другом.

– Ворон считаешь? – услышала такой знакомый голос и невольно улыбнулась.

– Да, красавчик, именно их, – я запрыгнула на переднее сидение и чмокнула его в щеку.

– Готова?

– Да, вполне, поехали...

Оставшуюся дорогу мы ехали молча – либо он в самом деле знал, какой крах ждет меня, либо же думал, что я сильно нервничаю, и потому не трогал. Зайдя в зал, стала переодеваться, потянулась, приготовилась. Спокойная, уравновешенная, знающая... казалось, даже стены в комнатах знают обо всем. Виолетта выступала первой и была, на удивление, в своем привычном настроении. А, быть может, и она не в курсе? Вряд ли...