Растянувшись на десяток километров по береговой линии с тысячами однотипных

трехэтажных домов, порт Надежда представлял собой самую большую агломерацию на

Западном побережье. На сегодняшний день численность города приближалась к миллиону.

Остальные десять миллионов русскоязычных беженцев расселились на площади более

двухсот тысяч квадратных километров. Практически с нуля создавая производства, развивая

сельское хозяйство в засушливом климате, основывали рыбацкие поселки и скотоводческие

фермы. Как бы цинично это не звучало, но только благодаря грамотной избирательной

эвакуации во времена Истребления, на Австралийский материк были перевезены тысячи

высококлассных специалистов и мастеров своего дела, которые и вдохнули жизнь в ранее

пустые земли. Это вам не на все готовенькое приплыть, как у Англо-Американского статума.

Тогда Канберра с радостью распахнула ворота портов для кораблей янки и британцев, лишь

бы толпы азиатов не успели занять развитую и плодородную Восточную часть материка.

Сегодня Австралия являла собой один из последних оплотов человечества, землю

обетованную. Двести миллионов человек проживало на материке. Тогда в начале, после двух

лет конфликтов и междоусобиц, волевым решением были достигнуты договоренности,

определяющие границы статумов и разработаны нормы права, регулирующие совместное

проживание осколков многих народов на одном относительно небольшом участке суши. И

сегодня политическое одеяло, сшитое конфедеративными узами из разнородных лоскутов,

представляло собой устойчивую модель нового Мирового порядка. Где основным девизом

был «один за всех и все за одного».

Докурив трубку, Вика вздохнула в очередной раз. На улице появились первые такси

велорикш, спешащие к клиентам. Город начинал наполняться звуками.

44

***

От созерцания ранавируса ее отвлек Евгений Давидович.

– Вика.

– Что еще? – она с легким раздражением оторвалась от окуляра микроскопа.

Сказывалось недосыпание.

Евгений - руководитель Виктории, сделал вид, что не обратил внимания на ее

нервозность. Он давно привык к своенравному характеру девчонки из потомственной семьи

ученых и к ее вспышкам раздражительности. Все это с лихвой компенсировалось

невероятным трудолюбием и не по-женски острым аналитическим умом. Он на секунду

замешкался, в тысячный раз, любуясь этой невысокой красоткой с каштановыми волнистыми

волосами, с большими светло-карими, почти золотистыми глазами. Этот носик с волевой

горбинкой, припухлые губы маленького рта, и жемчужные зубы разжигали в нем - уже

немолодом мужчине - если и не страсть, то юношеский пыл точно. Он встрепенулся, заметив

смешинки в ее глазах, смутился.

– В общем, так Вика. Сегодня прилетает профессор Вислер, я тебе говорил - помнишь,

наверное.

– Я помню шеф. Кларк Вислер - доктор антропологии с Сиднейского Института

Исследований внеземных форм жизни, - отчеканила она скороговоркой. – Так?

– Все верно! – он заулыбался. Ох, уж эта Вика! – Приготовь, пожалуйста, данные по

фагоцитозу квазинейтрофилов Серых.

– Все уже на диске. Во - сколько ждете его?

Давидович посмотрел на видавшие виды наручные часы, которые уже являлись

анахронизмом и ответил:

– Через час.

– Хорошо, я подготовлюсь.

– Не подкачай, Виктория. Кстати, он интересовался тобой лично. Вы разве знакомы? –

в голосе у него проскользнули нотки ревности.

– Понятия не имею. Может дед говорил ему про меня?

– Может быть, может быть… - он почесал кончик носа. – В общем, я позвоню.

Когда дверь за ним закрылась, Вика посидела в задумчивости почти минуту, затем

подкатилась на стуле к компьютеру и на рабочем столе компа начала извлекать из одной

папки, очередную, а затем снова повторила процедуру, наконец, добравшись до нужного

файла. Ввела пароль и запустила видеофайл. На экране появилось лицо еще более

постаревшего, почти дряхлого профессора Лебедева. Его глаза выражали бесконечную

усталость и апатию умирающего человека. Чувствовалось, что ему очень плохо. Тем не менее,