– Так поправляйся быстрей. Вперед, господа, он мог побежать только в восточное крыло!

Нежданные гости покинули лазарет так же быстро, как и оказались в нем. Подождав для верности минутку-другую, Клима склонила голову под кровать и сказала:

– Вылезай, они ушли.

Вед, целиком в пыли, выбрался наружу.

– Ничего себе представление ты закатила!
– присвистнул он, разглядывая Климу повнимательней.
– Я сам чуть не поверил, что меня здесь нет! Это ж надо! Интересненькое дело! В орденской цитадели подрастает обда. Через столько лет! Уму непостижимо!

– Ты кто такой, чудо природы?
– осведомилась Клима снисходительно.

– Великий и ужасный вед, которого ты боишься и ненавидишь до потери пульса! А что, не видно разве?

– Точнее!

– Я тебе клятвы не давал, нечего командовать!

– Разве брешут, что все веды изначально преданы обде?

– Конечно, брешут!
– вед сказал это так уверенно, что непоколебимость Климы слегка пошатнулась.
– За обду уже сотни лет никто не воюет. Солдаты служат наместникам, крестьяне - своей земле.

– А ты?

– А я - цели, во имя которой живу! Слушай, неужели есть те, кто уже присягнул тебе на верность?

– Есть. И ты присягнешь. И весь Принамкский край.

– Мощно, - оценил мальчишка и сел на ее кровать.
– Тебя, я так понимаю, Климэн зовут, верно?

– Клима. А тебя?

– Тенька. Будем знакомы. Послушай, Клима, сколько тебе лет?

– Побольше твоего. Семнадцать.

– Хо-хо! Мелюзга ты, обда, я на год старше тебя.

– А выглядишь, как мальчишка.

Тенька взъерошил свои белобрысые вихры и лукаво подмигнул золотисто-ореховым глазом с лихой хитринкой.

– Вырасту еще!

– Это и есть твоя цель?

– Нет, - вед посерьезнел, насупился.

– А откуда ты узнал, что я обда?

– По глазам увидел.

– Так заметно?
– удивилась Клима.

– Не, - рассмеялся Тенька, - у меня дар такой. Посмотрю человеку в глаза и все его нутро как на ладони вижу.

– Все веды так могут?

– Это достаточно редкий дар, не бойся.

– Я не боюсь.

– Не только боишься, но и врешь. Я по глазам вижу, забыла? А сейчас ты их прятать начала, значит, по-прежнему боишься и хочешь соврать.

Клима, наплевав на предосторожности, вскинула голову и не мигая уставилась на Теньку. Тот ответил ей широкой открытой улыбкой.

– Где у вас безопасный выход?

– Сейчас - нигде, - честно ответила Клима.
– Чего ты натворил, что за тобой благородные господа самолично бегают?

– Книжку спер, - Тенька сделал невинное лицо, - в вашей библиотеке.

– Зачем?

– Учиться. А зачем еще книжки крадут?

– В нашей библиотеке есть книги, обучающие вашему колдовству?
– не поверила Клима.

– Раньше не было, - признался Тенька.
– Это я экспериментировал с проникновением через световую модель пространства и нечаянно ее туда забросил. А назад - ну никак, больно интересненько вышло: штучный случай, случайная комбинация. Пришлось пешком тащиться, рисковать, книжка-то шибко ценная.

– А у ведов тоже есть Институт?

– Вот еще! Я сам учусь, - Тенька задиристо тряхнул непослушным вихром.
– Ты знаешь про Эдамора Карея?

– Нет.

– А про теорию инопланетных миров? Про звездные пути, наконец?

– Не-а. У нас из наук только ботанику преподают.

– Темнота! И еще власти хочет.

– Историю, идеологию и политику я за науки не считаю, - пояснила Клима.
– Там и без объяснений все ясно.

– Даже так?
– Тенька задумался.
– Выходит, каждому свое, ибо для меня политика - дремучий лес, сколько не толкуй. Но, тем не менее, мне надо отсюда выбираться. У меня за линией фронта остались дом, лаборатория и дура-сестрица, которой может стукнуть в голову навести там порядок. В лаборатории, я имею в виду, дом она и так круглосуточно драит.

– Ты не выйдешь сейчас. Нужно подождать хотя бы пару недель.

– Где ждать-то? Под кроватью?

– Нет. Мы тебя спрячем.

– "Мы" - это ты и твои малочисленные подданные?

– Других союзников у тебя здесь нет.

– И то верно, - согласился Тенька.

– Сначала побудь здесь. Закончатся уроки, и меня придет навестить подруга, Выля. Она выведет тебя в безопасное место.

– Выля - твоя подданная?

– Она моя "левая рука" в Институте.

– А кто "правая"?