Шрифт:
Я расхохоталась сквозь слезы, отирая рукавом его мокрую мордаху, и даже не сразу заметила, как четко Хотар стал выговаривать «Р» с перепугу.
— А я несла тебя наверх, думала Эл поможет… Эти твари, кажется, опять дали по нам залп, и… мы с тобой вот, здесь, — развела руками я.
— Мы упали? — заулыбался волчонок.
— Ага! — хохотала я, в нездоровой истерике, и Хотар, заразившись, залился вместе со мной.
За нашими спинами грянул финальный залп… но не с пинаса, а с нашего борта. И уже через минуту с верхней палубы, по всему кораблю прошелся ликующий победный клич пиратов. Мы с мальчишкой переглянулись и нервно хмыкнули хором, потому что и он, и я сидели с распахнутыми от удивления ртами.
— Наши победили?.. — неуверенно шепнул он.
— Похоже на то… — тоже шепотом отвечала я, прислушиваясь.
Несколько минут спустя с лестницы донеслись торопливые шаги. На палубу сбежал Элгар и, отыскав нас взглядом, бросился сразу к Хотару, чтобы осмотреть рану.
— Чем это его так… приложило? — хмурясь, спросил он, осторожно раздвигая пальцами слипшиеся пряди.
— Кажется, отлетевшей балкой, — доложила я.
— «Кажется»? Ты что… не видела, чем?! — нервничая, вспылил Эл.
— Нет, не видела! — его же тоном отфутболила я, — Меня там не было. Думаю, его ранило, когда пробили брешь. Я нашла его в трюме без сознания.
Элгар наконец-то отвлекся от головы мальчишки и взглянул на меня, остывая, с сожалением и, кажется, даже с чувством вины.
— Черт… — выдохнул он и вновь обратился к Хотару, — Ну ты как? Не тошнит? В глазах не двоится?
— Ну… так. Гр-азмыто все, — признался парень, — И пол башки болит.
Я для себя подметила, что мне этот засранец ничего не ответил. Элгар вздохнул.
— Ладно. Нам бы еще часок продержаться… а потом уж будем раны зализывать, — мрачновато сказал он, поднимаясь с колен.
— Эл, а что там твориться? Разве вы их не потопили? — не выдержала я.
— Пинас потопили, — безрадостно кивнул он, — Остальные на подходе.
Я опустила глаза.
— Сидите здесь. Я спущусь за вами, когда… когда все закончится.
Глядя в спину уходящему Элгару, мне хотелось остановить его, обнять и никуда не отпускать, потому что настроение у парня было явно не праздничное. Он чувствовал, что может погибнуть. «А значит, действительно может…» — я закусила губу до боли.
— Ага. Я уже где-то это слышал… — обиженно хмыкнул Хотар.
— Что?..
— Ну… когда все началось, Элга-р отвел меня в трюм и велел закрыть глаза и уши. Сказал сидеть так, пока он за мной не ве-рнется, — поведал мне мальчик.
— Вот оно что… — я потерла виски, чтобы сосредоточиться, — Ну, он же не виноват, что ядро попало именно туда, где ты сидел, — развела руками я.
— Ну да… — пожал плечами Хотар.
Глядя на поблескивающую в полутьме рану, я потянулась, чтобы убрать волосы и разглядеть, насколько она затянулась, но мальчишка отбил мою руку и отполз назад.
— Да я посмотреть хотела… — растерянно улыбнулась я.
— Не надо. Тебе нельзя… — проворчал он, насупившись.
— Почему нельзя?.. Я осторожно, не бойся.
— Все р-авно нельзя, — упрямо мотнул головой он.
— Ладно… — сдалась я, отводя взгляд.
— Там но-гмально все. Не волнуйся, — утешил Хотар, заметив мое смятение, — А ты… д-ралась, да?
— Да. Пришлось… — виновато вздохнула я.
— Здо-рово. Гово-рят, ты классно на мечах машешься, — вдохновенно заулыбался мальчишка.
— Кто говорит? — поспешила уточнить я, хитро сощурившись в предвкушении.
— Элга-р.
Не сдержав тщеславной усмешки, я тут же раскраснелась.
— А что он еще говорит… обо мне?
Хотар задумался.
— Гово-рит, что ты слабая, но духом очень сильная. И что тебя… — он осекся, испуганно поднимая глаза к потолку.
— Что там?! — поднялась на коленях я, тоже стараясь прислушаться, но мальчишка поднял указательный палец, чтоб я заткнулась и не мешала ему сканировать.
— Авр-ра-а-ал! — хрипло донеслось издалека голосом капитана. После чего послышался лошадиный топот по средней палубе, к лестнице…
— Что-то случилось… — взволнованно шепнул Хотар, — Всех вызвали наве-рх.
— Это я поняла. А что там могло произойти?..
Мальчик встретил мой взгляд и пожал плечами.
— Может… и нам… — начал было он, но я уверенно перебила.
— Нет. Элгар велел оставаться здесь. Мне нужно быть с тобой, пока твоя рана не затянулась. А тебе там вообще делать нечего.