— Не сметь! — приказала она, и всадник послушно отступил.

Эллис свела перед собой ладони, повела над головой, вокруг себя, зарождая не просто огненный шар, а какой-то смерч из огня и ветра. С низким гулом шар метнулся к зверю. Лев чудом умудрился увернуться, прижался к земле. Шар пролетел над ним, врезался в снег и рассыпался искрами. В то время, как зверь уже совершал новый выпад. Эллис не пыталась бежать. Вместо этого изящно прогнулась назад и, повторяя ход соперника, пропустила опасность над собой. Зверь возмущенно рыкнул, приземляясь ни с чем, обернулся… Эллис помутнела на глазах. Вместо отчетливой фигуры она стала нечеткой плоской картинкой, а спустя миг и вовсе растворилась в темное облако едкого густого дыма. Облако припало к земле, вытянулось, стало четче. Мой бедный разум был готов ко всякому, но подобное перевоплощение вогнало меня в странный ступор. Будто все это не реально, фокусы, спецэффекты! На поляне перед Элгаром стояла пантера. Немного меньший хищник, но оттого не менее опасный. Лапы чуть согнулись, спружинили… и две дикие кошки сцепились огромным смертоносным клубком. Низкий пронзительный рев, мощные удары. Мне в этот миг захотелось оказаться подальше отсюда, где угодно, только бы не стоять и не ждать, что вот-вот один из зверей отшвырнет другого в мою сторону. Каурый плясал подо мной, опасаясь того же. Когти со свистом полосовали воздух, челюсти жадно клацали. Пантера, придавленная львом к обледенелому насту дороги, издала униженное «ррр-ау!». Лев перестал давить ей на грудь и склонился к черной морде. Через мгновение оба уже выглядели людьми, но Эл по-прежнему придерживал Эллис за плечи. Она глядела в его глаза, молча, неподвижно, почти покорно. Элгар потянулся к губам побежденной, и колдунья пришла в себя. Ее стройное тело выгнулось дугой, извергая волну взрывной мощности. Парень слетел с нее, кубарем в тот же самый сугроб, где недавно побывала сама Эллис. Пока он поднимался на ноги, колдунья вскочила в седло.

— Мы еще встретимся, бродяга! — угрожающе пообещала она, — Abitus! — объявила Эллис, окидывая своих ловчих брезгливым взором, и всадила каблуки в вороные бока фриза.

— Я буду ждать, моя дорогая! — прокричал Элгар, с печальной улыбкой провожая колдунью и ее свиту.

Мы продолжили путь. Я не решилась приближаться к Элу с расспросами. Не хотелось быть назойливой, тем более что парень был погружен в себя и за два часа пути ни разу не обернулся и не проронил ни слова. Сплетничать при нем с Аксаном тоже не представлялось удобным. У Элгара слишком хороший слух. И я старалась подавить в себе любопытство. Не пялилась в спину Элу, чтобы он не дай бог не уловил мои мысли. Я пыталась отвлечься на думы о будущем, но удрученное состояние Элгара не давало мне покоя. То и дело всплывали суждения о его отношениях с Эллис. «Если бы он считал ее своим врагом, то уж точно не стал бы так церемониться. Отгрыз бы башку, и дело с концом! Неужели любит?! Зараза… Она то его не жалела. Хотя… кто их там разберет. То ли убивают друг друга, то ли это у хищников такие брачные игрища. Так или иначе, Эл загрустил, а это значит только одно — он к ней неравнодушен! Не думала, что хоть одна женщина способна вызвать в этом спесивом красавчике столько эмоций… — тоскливо оглядев молчаливый отряд, я поежилась, — Полно народа вокруг. Черт, ну почему же так одиноко?! Чужая, иная, инородное тело… и душа тоже инородная. Никому нет дела до того, что в ней творится. Конечно… Я ведь слабое, никчемное мясо. А эта?.. Дочь императора, колдунья, красавица и стерва. Да, подруга, не нам с ней тягаться…»

— Устала? — негромко побеспокоился Аксан.

Я обернулась к нему и уверенно покачала головой. «Не хватало еще проявлять свою слабость на ровном месте. Да, зад натерла седлом, да, мутит уже от неопределенности и равномерных шагов каурого. Но ни один из этих прискорбных фактов не помешает мне дожить до привала. А жаловаться не время и не место! Но что-то все-таки навело Аксана на подобную мысль?..» Я встретилась с ним глазами. Вампир сдержано, но очень ласково улыбался мне. В памяти всплыло необъяснимое ощущение духовной близости. Прошлой ночью… То, что произошло, связало нас с Аксаном. И мне нравилось это чувство. Только глядеть ему в глаза становилось все сложнее. «Мне перед ним… стыдно?! Понятия не имею, с чего, но я как будто виновата…» — интуитивно стараясь укрыться от его взгляда, я оглянулась назад, пытаясь разглядеть пеших волков за всадниками, но тщетно.

— Кого потеряла? — мягко шепнул Аксан, продолжая своей идеальностью действовать мне на нервы.

— Брина. Он… далеко от нас?

— Кх-мм… Думаю, не очень, но ты навряд ли его сейчас найдешь, — хмыкнул вампир.

Я упрямо продолжила выглядывать назад, но вдруг словно холодный пот прошиб, ледяная волна с головы до пят. Прямо за мной ехал всадник, чьи широкие плечи постоянно закрывали мне обзор… Риан. И все это время он не сводил с меня своих янтарных глаз.

— Почему не найду?.. — опомнилась я, и продолжила разговор, не подавая вида, что испугалась.

— Во время длительных походов волки предпочитают находиться в третьей форме.

— В какой?.. — я скосилась на Аскана, на миг позабыв о неприятной компании.

— В природной, — шутливо поднял брови вампир.

Небо наконец начало светлеть, и Эл приказал ускориться, чтобы все успели добраться к намеченному месту дневной стоянки. Наш отряд расположился у самой кромки леса. Отсюда было видно большое заснеженное поле, расстилающееся на пару километров, уходящее вниз. Из разговоров я поняла, что там, за пригорком мирное поселение. Элгар запретил своим головорезам вступать в конфликт с местными и посоветовал без острой необходимости вообще туда не соваться.

Наблюдая за тем, как мужчины собирают большой охотничий костер, я еле сдерживала зевок. Вампиры готовились ко сну, расстилая хвойные ветки вокруг будущего огня. Когда все они улеглись по дневушкам, я уже с остервенением растирала уставшие глаза. Влажная древесина задымила, и смотреть по сторонам стало невозможно и просто невыносимо. Чем светлее становилось в лесу, тем хуже было мне, словно и я стала вампиром. Но на деле — всего лишь усталость, после ночи непрерывного пути, после почти двенадцати часов в седле! И выпендриваться уже не хотелось. Если бы хоть кто-то, хоть одна скотина спросила бы меня сейчас, не устала ли я?.. я бы наверное разрыдалась и выдала бы всю себя с потрохами. И как у меня все болит, и как мне хочется пить, и как мне до смерти необходимо согреться и поспать… иначе я упаду с того бревна, на котором сижу, и усну прямо на снегу. Впрочем, пока снег вокруг меня был чист и не затоптан, я зачерпнула горсть в ладонь и утолила хотя бы жажду. Так и сидела, грустно похрустывая, растапливая лед немеющим языком, когда на поляне появились ОНИ. Десяток обычных волков в природном обличии медленно прошествовал гуськом мимо меня, не обращая никакого внимания на глупое создание, одуревшее от усталости и жующее снег. Средних размеров псы, разных мастей, от темно-бурых до светло-серых, почти белых. От неожиданности, я проглотила лед, не дожидаясь, пока растает. Горло ожгло, зато прояснилась голова. Завершал сию «делегацию» черный волк. Настолько черный, что отблески огня на нем играли синеватыми переливами. Все прошли мимо, а этот остановился возле меня, заглянул в глаза… и мой тремор как рукой сняло. Я облегченно выдохнула, а Брин улегся недалеко от моих ног. Остальные волки последовали примеру вожака и расположились на отдых у огня, меж дневушек с вампирами. «Экая воронка из хищников. И я в ней…» — сил анализировать и пугаться уже не было, и я просто вздохнула со странной грустью: «Жаль, что я не волк. Лег и уснул. Никакого тебе холода, никаких неудобств…»

— Ун, спать идешь? — это прозвучало, как голос Господа, хотя всего лишь Элгара… пусть даже Элгара! Хоть кого, ведь это такие нужные мне сейчас слова! Я подняла слезящиеся от напряжения глаза на парня. Эл с пониманием протянул мне руку, оценив мое шаткое состояние. Мы пошли к кибитке. Я еле переставляла ноги, прижимаясь к теплому оборотню. Тот обнимал меня и поддерживал. И мне было глубоко плевать в эти минуты, кто он по природе, что у него на уме и к кому какие чувства Элгар испытывает. Но когда я влезла в крытые сани и не обнаружила там доброй половины шкур, появилось ощущение, что меня жестоко обманули или кто-то просто решил поиздеваться надо мной, чтоб не хорохорилась больше перед хищниками.

— Да, шкуры разобрали на попоны… — виновато почесывая затылок, объяснил Эл, влезая вслед за мной, — Собирать их сейчас обратно нет смысла. Так что… сегодня я — твоя грелка.

Хотелось ответить ему что-нибудь… грубое, но я уже приняла горизонтальное положение, и все, что беспокоило и смущало меня, отошло на задний план. Едва ощутив спиной живое тепло, мое тело погрузилось в долгожданное забвение, а сознание пугающе быстро провалилось в полуобморочный сон.

Похоже, что первые часа три я действительно пребывала в коме. Но потом сон стал более рыхлым, чутким. Не открывая глаз, я ворочалась, жалась к горячему Элгару, а тот… уткнулся лицом мне в затылок и обнимал пониже груди, теснее притягивая, иногда сжимая так, что я просыпалась. В очередной раз недовольно промычав, я глубоко вдохнула (благо Эл отпускал мгновенно, будто сам боялся меня придушить) и поняла, что парень не спит, уже давно. Не стала ничего предпринимать, обмякла в его руках, притворяясь спящей, но оставалась начеку. Уже через минуту пальцы на моем животе осторожно пошевелились. Ничего криминального. Они просто лениво сминали ткань, и, спустя какое-то время, мне стало скучно. Голова тяжелела, напоминая, что стоит доспать положенные часы, иначе дорога будет невыносимо трудной. Но, только я начала погружаться в дрему, широкая ладонь скользнула на талию и дальше вниз, с легким трепетом изучая контуры тела. Она едва касалась одежды, но жар был вполне ощутим. Замерла на возвышении бедра… уверенно сжалась и провела ревизию до колена. Нетерпеливо метнулась обратно к животу, змеей протиснулась выше… Эл вошел в раж, позабыв об осторожности, и я незамедлительно «проснулась». Обеими руками вцепившись в обнаглевшие пальцы, отодрала их от себя и сомкнула локти на груди. Элгар не настоял и не возразил. Только шумно выдохнул мне в затылок, с ноткой крайнего раздражения.