Парень стал серьезнее, устремил взгляд к лесной тропе, но наконец кивнул.

— Идет.

Не ожидая, не надеясь, что Элгар согласится, я немного растерялась.

— Итак?.. — нетерпеливо начал он за меня, — Ты упоминала о книгах. За какие грехи в «зону отчуждения» отправляют писателей?

— Писателей — не знаю. А вот журналистов тянет туда, как магнитом. И я… не исключение.

— Так значит, журналистка? — хмыкнул Эл.

— Да. Это… те, кто пишет…

— Я знаю, кто они, и про что пишут, — перебил меня парень, — А еще они вечно суют нос, куда не следует.

— Не все, но…

— Но ты как раз из таких, — за меня закончил он, — И эта привычка не оставляет тебя даже здесь. Избавься от нее. В этом мире тебе и без того хватает неприятностей.

— Это… угроза? — хрипло уточнила я.

— Нет. Предупреждение, — без тени улыбки ответил Элгар, — Брин поручился за тебя, но, как ты вероятно успела заметить, я не доверяю даже самому себе…

— К чему ты все это? Я… не понимаю, — глядя в его холодные глаза, почти шепотом выпалила я.

— Тех, кто так настойчиво интересуется моим происхождением, обычно бросают в яму и долго, неприятно допрашивают.

— Что?.. — не доверяя собственным ушам, я вытаращилась на Элгара, пытаясь понять, не шутит ли он, — Откуда мне было об этом знать? Ты ведь сам прекрасно понимаешь, почему я задалась этим вопросом. Мне хорошо знакома природа хищников, а твоя настолько от них отлична, что…

— Откуда? — ровно перебил Эл, сдержанно улыбаясь.

— Что откуда?

— Откуда тебе так хорошо известна наша природа?

Я схватилась за голову, не в силах более сдерживать захлестнувший меня поток эмоций. Возмущение подкатывало к горлу и душило.

— Выдохни. Я ни в чем тебя не обвиняю, — подбодрил оборотень, — Просто любопытствую. Как и ты…

— Ты давишь… — я прикрыла глаза и, следуя его совету, медленно выпустила из груди горячий воздух.

— Прости, — смягчился Эл, — Давай-ка проедемся? — неожиданно предложил он.

Хмурясь, я взглянула на него почти с ненавистью, но не успела ничего ответить. Пришпорив коня, Элгар умчался вперед. Мне не хотелось ехать за ним, не хотелось оставаться наедине с этим шизофреником, страдающим манией преследования. По поводу его чувств ко мне я так же более не питала иллюзий. Но что-то подстегивало рвануть вперед. Упомянутое им любопытство. Недосказанность… Я нагнала Эла уже через минуту. Он ждал меня. Между нами и головным отрядом было не меньше сотни метров. Теперь нас никто не слышал, а я их еще и не видела в темноте, хоть лесная тропа почти и не виляла.

— Хищниками я интересуюсь уже лет пять. В нашем мире существует несколько теорий о том, что на самом деле произошло в закрытом городе. Одна из них — нашествие иной цивилизации — сразу меня заинтересовала, — на едином дыхании начала я. Элгар внимательно слушал, — Как я теперь понимаю, мой выбор был правильным. Девушка, написавшая книгу об этой войне и о жизни среди хищников, действительно была там. Ей единственной удалось выжить. Но в «новом» ей практически никто не поверил. Спецслужбы сделали для этого все.

— И ты решила пойти по ее стопам, чтобы найти доказательства?.. — скривился парень.

— Поначалу я сама не до конца во все это верила. Просто взяла ее хищников за основу. Из всех существующих на тот момент образов, хищники Юми показались мне наиболее живыми… адаптированными к реальности.

— Не совсем понимаю… — признался Элгар.

— Сказки, Эл, — улыбнулась я, — Все, что выходит за рамки реальности и имеет магическое происхождение, в нашем мире именуется «фэнтези». Я писала такие сказки. И, наверное, за это время, научилась воспринимать природу хищников, как нечто доказанное и материальное. Юми стала для меня кумиром, как талантливая сказочница, не более… Все перевернула ее загадочная смерть. С этого момента я начала копать, уже всерьез.

— Ты докопалась, — грустно усмехнулся он, — И что теперь?

Я шумно выдохнула и подняла глаза к небу, чтобы Эл не увидел подкатывающих слез.

— Это расследование оказалось более чем рискованным делом, но ради истины я была готова практически ко всему… И еще мечта… рвущая сердце напополам. Непреодолимое желание соприкоснуться с реальностью фэнтези. Но… не такой ценой… — вдохнула поглубже, еще раз, — Если я никогда не смогу вернуться домой, на кой черт мне эта мечта…