Отсутствие бабы-яги Игоря явно разочаровало.

– Зачем мне влемя? – недовольно спросил он.

Вопрос по сути своей был философским, и Маша решила пояснить на примерах. Я сидел на кухне, просматривал новости на Рамблере и слушал ее доносящийся из ванны голос:

– Без времени жить нельзя, ты умываешься, потому что пришло время умываться, когда ты будешь ходить в детский сад, часики покажут, что надо выходить из дому.

– А когда я пойду в детский сад?

– Скоро, Игоречек, а сейчас иди в свою кроватку.

Когда он уснул, и Маша пришла ко мне на кухню, я спросил:

– А стоит ли сейчас отдавать его в детский сад? Мы ведь до сих пор как-то устраивались.

– Устраивались, потому что ты в последнее время не ездил в командировки, а сейчас опять будешь ездить, – сказала моя умная жена.

Я воззрился на нее в глубочайшем изумлении.

– С чего это ты взяла?

– Нужно интересоваться новостями, Алешенька, с этого года практически во всей России закрываются казино.

– И причем тут мои командировки?

– Алеша, ты что, вообще ничего не смыслишь? Все казино, которые Эльшан негласно контролирует, закрываются и будут открыты под другим названием – интернет-кафе, например, или клуб. Естественно, во многих из них потребуется переустановить программное обеспечение на компьютерах и ССВ в частности.

– Да, Маша, работа на государственной службе явно пошла на пользу твоим аналитическим способностям.

– Естественно, – без ложной скромности согласилась она, – я ведь теперь референт, почти ежедневно пишу доклады по обзору текущих событий в стране. Может, когда-нибудь пробьюсь в президенты.

– Не жди, чтобы я за тебя проголосовал, мне жена-президент не нужна. Кстати, а что, если Ишханов опять начнет за тобой ухлестывать? Пока я, так сказать, буду носиться по стране? Меня это совсем не вдохновляет.

– Думаю, красотки Майами его исцелили.

– Ну уж, не знаю, не знаю, – пробурчал я, – вряд ли он мог встретить кого-то лучше моей жены.

Шутки шутками, но в глубине души опасения у меня действительно были. Однако, по словам Маши, которая вышла на работу в октябре, Ишханов по возвращении из отпуска в комнату, где она работала, практически не заходил и ухаживать за ней не пытался. Поэтому, когда я в ноябре уезжал в Томск, меня больше, чем его заигрывания, беспокоила гололедица на дорогах – ведомственный детский сад находился довольно далеко от нашего дома, и Маша возила туда Игоря на машине. За последующие полтора месяца я побывал в командировках раз пять, в декабре улетел в Иркутск, рассчитывая вернуться дня через три, но уже на следующий день работу почти закончил. Часов в девять по местному времени позвонил Маше:

– Машуня, хорошая новость: завтра днем завершаю и сразу вылетаю в Москву. Буду дома часов в семь вечера.

У нее был самый разгар рабочего дня, поэтому она свела разговор к минимуму:

– Отлично, позвони, когда приземлишься, мы с Игорем будем ждать. Что хочешь – котлеты или свинину потушить?

– Котлеты, только не сожги, как в прошлый раз. Целую.

Погода была ясная, самолет приземлился точно по расписанию, и, начиная с этого момента, я каждые две-три минуты – в аэропорту, в автобусе, в метро, где работала мобильная связь, – нажимал кнопку вызова абонента «Маша» и слушал ответ оператора: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Я строил предположения о том, что могло случиться с Машиным мобильником – потеряла, сломала, украли? – и старался не думать о худшем.

Как потом мне стало известно, в тот вечер Маша торопилась домой и приехала за Игорьком в детский сад немного раньше. Как всегда оставила машину за углом, а когда вернулась вместе с Игорем и села за руль, то не сумела включить зажигание. Она, разумеется, растерялась – с момента приобретения нами автомобиля мотор забарахлил впервые – и позвонила секретарю Ишханова, очень милому пожилому человеку, с которым у нее всегда были очень теплые отношения.

– Артур Рафаэлович, у меня тут возле детского садика машина заглохла, не знаю, что делать и куда звонить – мне Алексей все телефоны записал, но они дома остались, в первый раз такое. Мы-то с Игорьком и на автобусе можем до дома доехать, но как я в чужом районе машину оставлю?

– Сейчас все организую, Машенька, дай мне твои координаты, через пять минут к тебе подъедут и отбуксуют машину к нашим ремонтникам. Все сделают, ты не волнуйся, езжай с ребенком домой.

Пока он звонил и договаривался насчет тягача, а потом с ремонтниками, к нему заглянул Ишханов. Услышав обрывки разговора, он поинтересовался:

– Что случилось, Артур, кто там из наших увяз?

– Да Маша с ребенком возле детского сада застряла.

Сказав это, Артур Рафаэлович спохватился – ему, как и многим другим, было известно о безответной страсти шефа. Ишханов чуть изменился в лице и спросил:

– И как она теперь доедет?

– Говорит, доедет – на автобус сядет. Главное, просила, с машиной помочь. Чтобы, значит, не бросать в чужом районе. А то народ ведь такой – разуют, разломают, один скелет от машины останется. Тут вот недавно….

Но Ишханов уже не слушал, что говорит его секретарь, торопливо выйдя из кабинета, он направился к выходу, на ходу вытаскивая из кармана мобильный телефон. Подойдя к лифту, негромко сказал в трубку:

– Андрей, я спускаюсь, машину к выходу.

Когда Маша наконец отправила машину с тягачом и, волоча за руку Игорька, подбежала к остановке, вокруг было безлюдно – как бывает всегда, когда автобус только-только отошел. И в этот самый момент на противоположной стороне дороги остановилась депутатская машина Ишханова. Эльшан, велев охраннику оставаться на месте, пересек улицу и направился к Маше с явным намерением предложить ей доехать до дома в его машине.