– Ну как, ты уже нашла себе няньку?

Раньше я бы просто рассмеялась над подобным глупым вопросом. Но на этот раз шутка Чипа, хотя я знала, что он не имел в виду ничего дурного, почему-то больно задела меня.

– Вы много потеряли, что не пришли на озеро!
– сказала я бодрым тоном.

– А что там было?
– спросила Мэнди.

– О, фантастические соревнования на каноэ и все такое прочее, - сказала я так, словно я тоже принимала в этом участие.

Неожиданно я почувствовала резь в желудке. Я не могла сказать, было ли это от того, что я ничего не ела сегодня, или от того, что мне очень тяжело давалась эта игра перед моими друзьями. Мне казалось, что все видят, что я их обманываю.

Затем я поехала в свой домик, сказав, что мне надо взять деньги для кафе. Мэнди и Чип пошли дальше, а Бэтси не торопилась уходить.

Я не могла взглянуть на нее. Мне казалось, что мое лицо горит от стыда. Ну почему я не вижу сейчас ни одной бабочки?

Я въехала в дом и пригласила Бэтси войти следом за мной.

– Тебе нужна какая-нибудь помощь, чтобы найти мелочь?
– спросила она.

Я не могла больше притворяться. Как-то надо было выходить из создавшегося положения:

– Да. Мой кошелек лежит на кровати.

Бэтси принесла его и положила мне на колени.

– Теперь все в порядке?

– Да, конечно!
– ответила я, низко наклоняясь над кошельком.

– На самом деле?
– спросила Бэтси, присаживаясь рядом со мной.

Я посмотрела ей в глаза и расплакалась. Я бормотала что-то о своих разных чувствах, которые боролись во мне, и говорила, что я хочу быть здоровой, как все, и я хочу ходить в походы, и плавать, и просто гулять с Чипом и Мэнди. И еще была одна причина такому моему поведению: я ненавидела это чувство, но я ревновала Чипа к Мэнди, когда они оставались вдвоем. Чип и Мэнди! Два моих лучших друга!

– О Дарси!
– сказала Бэтси, обнимая меня.
– Это так трудно быть не такой, как все!

Я кивнула. Мне было хорошо, что я кому-то смогла излить свою душу.

– Но подумай, Дарси, ведь у тебя столько достоинств! Я не имею в виду твои прекрасные волосы, голубые глаза или веснушки, - и она чуть-чуть щелкнула меня по носу.
– Я говорю о другом: ты умеешь сопереживать. И ты умеешь глубоко чувствовать и понимать других. Ты ведь пережила такие жестокие испытания, которые не по плечу и многим взрослым. И вышла из них с честью.

– Но это не спасает меня от мыслей обо всем этом.

– Бог все видит, Дарси! Он сам заботится о тех, кто не может заботиться о себе.

– Я молилась сегодня, - сказала я, всхлипывая.
– Я не могла пойти вместе со всеми в поход, и я попросила Бога, чтобы Он послал мне в утешение хоть какой-нибудь знак в виде живого существа. Но ничего не произошло. Ребятам посчастливилось - они встретились с бурундуками. А я даже гусеницы не увидела.

– Бог не ответил на твою молитву?
– Бэтси убрала волосы с моего заплаканного лица.

Я отрицательно покачала головой.

– Должно быть... должно быть, Он ждет.

– Ждет? Чего?

– Возможно, чтобы ответить тебе таким удивительным образом, о котором ты даже и не догадываешься. Как-то очень по-особому.

Бэтси улыбнулась доброй, открытой улыбкой и сжала мою руку:

– Запомни. Как-то по-особенному.

Следующие дни были просто сумасшедшими. Лагерная жизнь настолько захватила меня, что я и думать забыла о том грустном утре, когда я не смогла пойти в поход.

Джош готовился к участию в соревнованиях на каноэ. Моника пригласила меня и Мэнди болеть за ее любимую волейбольную команду. Мы устроили бега в мешках и соревнование, кто больше съест арбузов. А я еще гуляла со своими друзьями по окрестностям лагеря, плавала под водой с аквалангом и ходила смотреть лошадей. И, конечно же, утром и вечером мы слушали проповеди нашего пастора.

Последние свои проповеди пастор Роб посвятил молитве. Он понимал, что сейчас нам не до долгих разговоров: очень уж хотелось поиграть на озере или побегать под жарким солнцем. Но в один из вечеров его проповедь настолько захватила меня, что мне не хотелось даже уходить.

Пастор Роб стоял перед нами, держа одну руку на Библии. Он говорил, что Бог всегда слышит молитвы. Но иногда Он выполняет просьбу людей, а иногда нет. Иногда Он долго заставляет ждать, пока наконец не решит, что пора ответить. А иногда Бог сразу же откликается на нашу молитву, но совершенно не таким образом, как мы того ждем.

Я сидела, чистила ногти, но слушала пастора очень внимательно. Я думала, как отнесся Бог к моей молитве в то утро, когда был поход в горы. Не забыл ли Бог о моей просьбе?